Кодекс Охотника #11

Все свои заводы и производства по-быстрому продали, а потом после продажи они вдруг загорелись…

А нанесенный вред другим? Что говорить только о шести заводах по производству тяжелой бронетехники, и как только, суки, смогли дотянуться до режимного объекта. Ущерб, который Род Вербицких нанес Империи, тяжело подсчитать, но деньги есть деньги. Все восстановят, если технологии остались, а вот репутацию…

Хорошо еще, что Доброхотов так быстро отреагировал. Кое-что удалось спасти, кое-кого удалось уничтожить. В общем и целом, благодаря моей СМСке удалось минимизировать потери, уменьшив ущерб примерно вдвое.

Молодец я! И что вы думаете? Получил я хоть какую-то благодарность? Нет, Императрица считала, что я просто поступил «как должно».

Сейчас говорят, что Род-изменник осел в стране Дракона, и там его приняли, прямо, с распростертыми объятиями. Выходит, что он показал «скользкую дорожку» другим, что можно сделать, если у тебя здесь все плохо. Были сводки, что некоторые Рода вывозят своих детей в другие королевства и страны.

А еще ко всему этому хаосу присоединились монголы, и они, я уверен, будут не последними. Ой, как не последние… Империя промахнулась, и теперь коршуны летят поживиться падалью.

Да только кто сказал, что мы умерли? Нет… Прилегли отдохнуть… А когда встанем… Впрочем за всю Империю мне тяжело говорить, но вот свое баронство и людей в нём проживающих, я точно не дам в обиду, пусть даже не надеются!

Сейчас, кстати, должно решиться одно важное дело. Я откинулся на спинку кресла из кожи дикой виверны, и уставился на край стола.

— Давай уже! — дал команду Шнырьке появиться.

— Ш-ш-шта? — выпрыгнул он из тени.

— Докладывай…

— Наш-ш-ш-ш-ш-шел… — хитро сощурился он.

— Сколько? — вздохнул, понимая, что бесплатно это не будет.

Шнырька решил не мучить свой голосовой аппарат, а достал ручку с листочком, и стал рисовать.

Минута… Две… Двадцать… А я все жду, пока он дорисует.

Когда его работа была завершена, он передал мне рисунок, на котором было изображено разное мороженое.

Много мороженого здесь было — клубничное, арахисовое, шоколадное, и так далее. Даже с пометками какое мороженко должно быть, и от какого производителя. Это была его цена за информацию.

— Ш-ш-ш-ш-шаглаш-ш-шен? — с улыбкой он глянул на меня.

— Торг? — хитро прищурился я.

— В ш-ш-ш-шопу! — сразу категорично обозначил он свою позицию."

"Там мороженого было на килограмм тридцать, а то и на все пятьдесят. Тяжело так с ходу разобраться в том, что он нарисовал.