Кодекс Охотника #11

У безопасников точно также, как и у тех, есть его люди. Две самые мощные службы Империи пристально следили друг за другом, чтобы вовремя среагировать на разные нюансы. Вот и сейчас герцог отреагировал достаточно быстро.

Городецкий тихо рассмеялся на той стороне провода заминке старого конкурента.

— От верблюда, как обычно, — сказал, без тени уважения, он. — Меня интересует другой вопрос: для чего ты это сделал?

— Барон Галактионов объявил войну Косолаповым, и не дождался одобрения Совета Аристократов. Я посчитал своим долгом исправить это.

— Отзови своих псов, — в голосе СБ-шника проскользнул металл. — Императрица наложила свое вето на твоё решение. Война одобрена.

— Когда это она успела? — удивился Румянцев.

— Да вот… прямо сейчас, — засмеялся СБ-шник. — Я нахожусь у неё в приёмной. Хочешь пообщаться?

— Нет, спасибо. Передавай привет её Императорскому Величеству. Мне нужно срочно отменить операцию.

— Да-да, я понял.

Румянцев судорожно набрал своего племянника.

— Задача меняется. Требуется пробиться в усадьбу, физически ликвидировать Косолапова, и взорвать там всё, к чертям, чтобы никаких документов или компьютерных данных не осталось. Это важно! Иначе полетят головы, и твоя, в первую очередь. Тебе всё ясно?

— Разрешено применять любые средства? — уточнил племянник.

— Делай, что должно, и не оставь там камня на камне. — Нам не нужны лишние неприятности.

— Сделаю, канцлер, — сказал племянник, и положил трубку.

Канцлер, в первый раз за всё утро, улыбнулся. Что ж, возможно, эту ситуацию можно еще повернуть в свою пользу.

* * *— Группа «Браво» и «Дельта» сломали оборону периметра, и находятся внутри усадьбы. Что делаем дальше? — Волк смотрел на меня пристально, смотрел несколько обиженно. Старый спецназовец обижался, что я не отправил его в самую гущу боя.

— Хватит дуться, Волчара, — хмыкнул я. — Ты сегодня командуешь битвой. Принимай решения по собственному разумению.

— А ты куда? — нахмурился Волк.

— Ну, как куда… Там сейчас самое веселье начинается, а я ещё не убил ни одну сволочь, — хмыкнул я.

— Ах ты ж, гад! — беззлобно засмеялся Волк. — Мало того, что я сегодня не дерусь, так ты ещё меня дразнить будешь?

— Жизнь боль, Волчара, жизнь боль… — заржал я, и вышел из машины.