Кодекс Охотника #08

— Там тебе посылка от бабушки пришла, — сказала Анна.

— Да ты что? И что там?

Анна скривилась.

— Неужели ты думаешь, что я могу открыть твою посылку?

— А что в этом такого? — удивился я.

Анна посмотрела на меня круглыми глазами.

— То есть, если бы я открыла твою посылку, тебе было бы всё равно?

— Ну да, — сказал я. — Это же ты, а не кто-то чужой.

Недоумение у Анны на лице сменилось ласковым чувством. Она чмокнула меня в щёку и сказала.

— Ладно, тогда пойду и посмотрю. А ты иди в душ.

— Не-не-не... — сказал я, внезапно вспомнив, что за посылку должна была отправить мне Сара Абрамовна. — Теперь уже не трогай! Я позже спущусь и сам открою.

Анна сразу надула губки.

— Ну, вот...

— Ничего, я быстро, — сказал я.

Мы с Шнырькой быстро помылись — он в своей раковине, я в своей ванной. Надел обязательные белые трусы с сердечками. Анна упорно отказывалась покупать какие-либо другие, видимо решив, что это мой талисман. Нацепил халат. Хмыкнул. Сбросил, нацепил спортивный костюм.

Я сел за стол, на котором уже стояла большая коробка, запечатанная печатью Голдсмитов.

Я разорвал картонку, и с удивлением уставился на толстый металлический сейф, без малейших признаков замка.

— Это что?

— Очевидно — сейф.

— И как же его открыть?

— А вот же — датчик с отпечатком пальца.

— Моим отпечатком пальца? — удивился я.

— Ну да! Если посылка пришла к тебе, то очевидно — с твоим.

— А откуда у твоей бабули мой отпечаток пальца?

Анна показательно закатила глаза, и ничего не ответила.

— Конечно, согласен, вопрос дурацкий, — сказал я, и приложил большой палец.

Дверца открылась, и Анна вытянула шею, заглядывая чтоб увидеть, что там внутри.

— Воу-воу! — я протянул руку, и аккуратно отодвинул девушку. — Не подсматривай!

— Не очень-то и хотелось.

— Именно, — сказал я.

Внутри был запечатанный конверт и большая бархатная коробочка.

Я, не торопясь, открыл письмо, и заглянул в него. Внутри было красивым почерком написано.

«Деньги получила. Нужна будет помощь с синагогой и раввином — обращайся. С уважением графиня Голдсмит».

Я не удержался и заржал, поймав недоумённый взгляд Анны.