Кодекс Охотника #08

При этом, из пятидесяти пяти человек лишь семеро получили ранения, причем, ни у одного из них не было ничего серьёзного. Я мог гордиться собой и ребятами!

Кстати, среди гвардейцев у меня был настоящий Одарённый Лекарь — отставной поручик Максим Самохвалов, что выбрал стезю спецназовца вместо теплых и защищенных палат больниц и госпиталей. Кстати, с ним у меня произошел интересный разговор. Я видел, как ловко сорокалетний ветеран врачует раненых, мгновенно заживляя мелкие порезы и стягивая серьёзные, погружая их в лечебный сон.

В перерыве между боями я похвалил Максима и поинтересовался — зачем ему всё это, адреналина не хватает? С его опытом и умениями, я точно уверен, он мог бы открыть приличную практику где-нибудь в столице. На что Максим усмехнулся, покачал головой, и молча продолжил работать. За него ответил Москаленко, который, казалось, знал всё и обо всех. Как-то так получилось, что в отсутствие Волка именно он брал на себя командование гвардейцами.

— Максу нельзя к столице приближаться ближе, чем на сотню километров.

— Это почему же? — удивился я.

— Ну, не конкретно ему, а всему его Роду, — хмыкнул Дмитрий.

— Хмм... — удивился я. — Так ты из благородных?

— Уже нет, — покачал головой Москаленко. — Был графский Род, но их «разжаловали».

— А что так? — невольно заинтересовался я.

— Старые косяки перед Империей и Императором. Когда-то они приняли не ту сторону. Всё обошлось без уничтожения Рода и изгнания из Империи.

Немногословный Максим снова улыбнулся и кивнул.

— Да, практически, всё, кроме одного. Информация о запрете на въезд в столицу у тебя устарела.

— Да ладно? — удивился Дима. Он очень ревностно относился к своей информации и её достоверности. — И что случилось?

— Наш Род амнистировали. И случилось это неделю назад, — увидев, как перекосило Дмитрия, он улыбнулся. — Да не переживай ты, Дим. Это всё без помпы и официального объявления.

— И почему ты об этом не рассказал командиру? — удивился Дмитрий.

— А зачем? — пожал плечами Максим, не прерывая лечения. Из руки у него полился белый свет, и лежащий перед ним гвардеец внезапно расслабился, когда кислотный ожог на его руке стал прямо на глазах затягиваться. — Я не собираюсь туда ехать. Что они мне могут предложить? Должность в имперском госпитале? Так мне её и так предлагали.