Кодекс Охотника #07

Тут же я продублировал это на монгольском. И увидел, как собравшиеся бежать люди повернулись ко мне, глядя в глаза с трепетом и надеждой. А когда из Разлома посыпались сперва мои бойцы, а потом живые и невредимые их собратья по несчастью, они вообще оживились.

Я окинул все вокруг взглядом. Здесь стояло несколько машин, больше похожих на длинномеры для перевоза скота. Собственно говоря, эти люди скотом и являлись для своих хозяев. Дюжина цивильных автобусов, видимо, для перевозки Истребителей, и четыре полувоенных внедорожника.

– Кто может водить машины? – громко крикнул я, и вверх потянулось сразу несколько рук.

Шнырька не показал вокруг никакой опасности. Похоже, это подразделение монгольских «истребителей» было самодостаточным. А доложить о том, что что-то пошло не так, никто не успел.

Ещё полчаса мы потратили на то, чтобы осмотреть машины, раздать найденную еду истощённым людям, и разместить их по машинам.

Сразу после выхода из Разлома я увидел кучу пропущенных от Анны и Волка. А когда перезвонил, понял, что в Иркутске творится что-то невообразимое.

Анна и Волк сделали всё, что могли. Надеюсь, этого хватит. Вот только в моих интересах добраться туда, как можно быстрее. А пробираться через почти шесть сотен километров по дорогам сомнительного качества – было плохой идеей.

– Командир, – рядом образовался Дима Москаленко – в обычное время командир группы «Альфа», но уж слишком хорош он был в Разломах, поэтому, скрепя сердце, Волк отдал мне его в «разломщики» с условием, что когда он не будет нужен мне, он его заберёт себе.

– А ты умеешь водить самолёт? – хмыкнул я.

– Не только я, – пожал плечами Москаленко. – Кроме меня, умеют ещё трое.

– Захватить военный аэродром монгольского ханства с дюжиной людей? – широко усмехнулся я.

– Проще простого, – продолжил мою мысль улыбающийся Москаленко.

Катя недоумённо переводила взгляд с меня на моего бойца, пытаясь понять – шутим мы или нет.

– Катя, при всём уважении, но ты с нами не пойдёшь.

– Почему это?

– По двум причинам. Я не могу рисковать твоей жизнью, а только своей…

– Пфф!!! – сказала Катя, – Расскажи это кому-нибудь другому.

– Ладно, есть вторая причина. Вот их, – я посмотрел на несколько сотен измождённых людей, которые смотрели на нас с надеждой, – вряд ли пропустят через границу самих.