Кочевая кровь

 – Шуршащая обертка всегда будет привлекательнее шишки на сосне.

– Старик Кусакин по этому поводу ничего не говорил? – сдерживая улыбку, спросила Наталья.

– Говорил. При случае расскажу тебе его суждения о поспешной женитьбе. Пошли, Наташа, я сделаю все, как ты пожелаешь.

На выходе из парка мы попрощались и разошлись в разные стороны.

В следующее воскресенье я был у Натальи. Она открыла мне дверь, одетая в платье, которого я раньше не видел. Волосы Наталья перекрасила в русый цвет. Даже в плохо освещенном коридоре было видно, что до моего прихода она посидела с косметичкой перед зеркалом.

«Не для меня же она так нарядилась! – подумал я. – Вот как надо мужчину подманивать! Пришел к девушке в гости – она встречает тебя не в мятом халате, а в модном платьишке, с накрашенными губками. Мятый халатик появится потом, после регистрации брака».

– Наталья Михайловна, простите за внезапное вторжение, я вам долг принес, – я протянул хозяйке полтинник. – Остальное потом верну, как заработаю.

Наташка, поджав губы, показала мне кулак.

– Проходите, Андрей Николаевич, я вас чаем угощу! Вы давно были в Верх-Иланске? Я уже который месяц к маме вырваться не могу.

Она провела меня в зал. Посреди комнаты, за покрытым скатертью столом, сидел незнакомый мужчина лет тридцати. Мужчина был в рубашке с длинными рукавами, при галстуке, на левой руке – часы «Электроника» в металлическом корпусе.

– Леонид, – представился он.

– А как по батюшке? – спросил я."

"– Я предлагаю без формальностей – просто Леонид.

За все время совместной жизни с Натальей стол в зале мы накрывали один раз, на Восьмое марта, когда принимали гостей. Ни разу в жизни Наташа не выставляла передо мной вазочку с печеньем. У нас под-разумевалось: захочешь – сам возьмешь. А тут – все как в благородном семействе: скатерть белая, вместо домашних кружек – чашки из сервиза.

«Вот так надо ловить рыбку на живца! – подумал я. – Белка сразу распознает обман, а наивный мужик клюнет!»

– Мужчины, – проворковала Наталья, – быть может, по рюмочке, за знакомство?

Меркушин отказался.

– Отчего бы не причаститься в хорошей компании! Помнится, когда я жил здесь…

Наталья за спиной Меркушина замерла как вкопанная.

– Здесь, – продолжил я, – это в смысле тут, рядом, на улице Челюскинцев, мы там с Мариной квартиру снимали. Так вот, у нас в подъезде все мужики считали, что в воскресенье сам бог велел пропустить рюмку-другую.