Книжная девочка

А наше население возлагает свои необоснованные надежды на Гиппократа. Не зная, что главная его заслуга в том, что он додумался брать гонорар! Если бы медицина с древности была бесплатной, мы бы дальше деревянной шины, жгута, голода и льда не продвинулись.

– А если уж говорить о клятве, – подхватила Мила, – в ней речь о том, чтобы не помогать человеку свести счеты с жизнью, не делать аборты, не спать с пациентами и их домочадцами, хранить врачебную тайну и почему-то не удалять камни из почек."

"– Ты еще одно условие забыла – нужно содержать врача и его потомков, которые тебя научили докторскому искусству.

Мила вздохнула.

– Больные не виноваты, Руслан. Они знают, что застрахованы, а по телевизору им каждый день рассказывают, сколько денег уходит на медицину. Но что эти деньги уходят кому угодно, только не врачам, им не рассказывают.

– Да не о больных я, а о руководстве нашем! Про клятву звонят на каждом шагу, а вот на летальных комиссиях Гиппократ им не указ. Хотя надо бы и другие его слова помнить.

Посидели.

– Как у тебя, все по-прежнему? – тихо спросила Мила.

Она знала ответ, просто вдруг Руслану захочется выговориться?

Но он только кивнул.

– А у тебя? Аристократия по-прежнему угнетает рабочий класс?

Она тоже кивнула.

– А Женя как?

– Нормально. Учится на отлично, нашла работу в книжном магазине.

– Рад за нее.

Два года назад Женя устроилась в клинику санитаркой, но работа была ей не под силу. А самым тяжелым для нее оказалось общение с другими санитарками. Женя терпела, но у Милы сердце кровью обливалось, когда она видела, как грубые тетки помыкают ее чудесной книжной девочкой, не чураясь соленых словечек, а то и мата. И она настояла, чтобы Женя перешла в сетевое кафе, где работали в основном студенты.

– Привет ей передавай.

– Может быть, не стоит? – мягко возразила Мила. – Она ведь до сих пор влюблена в тебя…

Он задумчиво покачал головой:

– Не в меня… В своих книжных героев. Да, не стоит передавать. Я ведь, как-никак, женат.

* * *Женя никому не рассказала о визите хозяина магазина. Он не спросил ее имени и не представился сам, но все же в ее бедной событиями жизни это было настоящее приключение, причем даже с романтической окраской.