Князь Демидов #01-02

Да если коридор этого вагона буквально кричал — «Я САМЫЙ ДОРОГОЙ В ЭТОМ ПОЕЗДЕ!!!», то мне даже страшно представить, что в самих купе?

— Так… — Толик вытащил из внутреннего кармашка своего мундира маленькую книжицу, и начал листать.

— Что это? — поинтересовался я.

— Номера мест по фамилиям. У хозяина поезда всегда должен быть такой. — ответил он: — О! Левашовы. Шестнадцатый вагон, купе номер два. Это посередине! Идём.

Мы прошли в центральный отсек, а Толик, пару раз кашлянув, и надувшись от важности, аккуратно постучал в дверь.

Спустя несколько секунд к нам выглянул тучный мужчина средних лет в очень дорогом черном костюме и хмуро окинул нас крайне недобрым взглядом. Явно местный начальник СБ.

— Здравствуйте! — пробасил он, и с почтением склонил голову: — Чего желаете, Ваше Благородие?

— Добрый день! Меня зовут — Анатолий Демидов, и я хозяин этого поезда. Мы бы хотели поговорить с Федором и Елизаром. Можно их увидеть?

— Мгновение! — охранник поспешно удалился в глубь дворянского купе. Спустя пару секунд к нам выглянули настоящие близнецы.

— Доброго дня, дамы и господа. Что-то случилось? — поинтересовался тот, что стоял справа. Он явно был главным в их дуэте, ибо второй тут же отошёл на пару шагов назад.

— Здравствуйте. Дело в том, что на вас поступила жалоба. Вы взяли без разрешения очки у Госпожи Игнатьевой.

— Очки? Какие очки? — близнецы удивлённо переглянулись: — Мы ничего не брали.

— Да, ну, как же?! — злобно произнесла Мария, и отпихнув очкарика в сторону, подошла вплотную ко входу в купе: — Во-первых, я видела, как вы крутились около открытого саквояжа Люси! А во-вторых, ваше поведение крайне отвратительно! Отобрать у человека с проблемным зрением очки… Вам же с ней ещё учиться! Ни капли уважения.

— Богом клянусь! Мы ничего не брали! — ответил главный близнец: — Да и к тому же… у вас нет доказательств, что это сделали именно мы.

— Зато, есть подозрения. А этого, порой, достаточно. — в разговор вмешался я: — Парни, мне уже хочется перекусить. Так что давайте без лишних телодвижений — отдайте очки, извинитесь и разойдёмся на этом.

Не знаю, чем именно мой ответ так напугал Левашова, но он прямо побледнел от ужаса.

— Очки. На родину.