Князь

Первый день, сказывали, весело гуляли, а на второй двор постоялый сожгли.

«Ай да родич! – мысленно восхитился Юрием Семеновичем Зверев. – Не ожидал! А по виду – такой благообразный старикашка…»"

"– Надеюсь, боярин, меня ты в таком буйстве не подозреваешь? – вытер несуществующие усы Андрей. – У меня путь еще долгий, мне шуметь рано.

– Ну, что ты, княже, – усевшись напротив Зверева, разлил вино воевода. – Кабы люди твои все вместе собрались, а то ведь по разным харчевням гуляют. Выпьем, княже. За здоровье князя Друцкого выпьем!

Осушив кубок, Андрей наколол ножом кусок рыбы, забросил в рот.

– Что-то ты с саблей по улицам ходишь, княже, – поинтересовался боярин Бегебин. – Чай, не в походе, не на службе. У нас не Европа, где кого ни попадя на улицах режут, опасаться нечего.

– Именно в походе я, Афанасий Семенович, – улыбнулся Зверев. – Службу государю хочу добрую сослужить. Давай выпьем за государя нашего славного, Иоанна Васильевича!

Против этого воевода возражать не стал и тут же наполнил кубки по новой:

– Так как хлопоты твои, княже, как дела в княжестве, как погода, как урожай?

– Да Бог миловал, заморозков в начале лета не случилось.

– Стало быть, в достатке ныне осенью останешься, княже?

– Так точно, – с усмешкой согласился Зверев. – Этой осенью я останусь в достатке.

– Рад за тебя, князь, – откинулся на стену за спиной воевода, – бо сказывали мне, что в княжестве Сакульском запустение полное, людишек и полусотни не наберется, пашни захирели, деревни пустуют, а холопов на службу государеву с княжества князь Друцкий уж много лет выставляет, не то с тамошних оброков и одного воина не снарядить.

– Удивительная осведомленность, боярин. – Зверев вытер нож о хлеб и убрал. – Однако же мое княжество – это мои хлопоты. И пока полста людей на службу ратную выходят, никому более до него дела нет.

– Как сказать, княже, как сказать, – покачал головой воевода. – А ответь мне, друг любезный, как с нищего имения такого ты смог не токмо корабль знатный снарядить, но и два полных сундука с серебром собрать, и куда ты со всем этим добром через рубежи русские путь держишь?

– Сдается мне, Афанасий Семенович, не знаешь ты, с кем речи свои ведешь, – хлопнул ладонями по столу Зверев.