Князь

И долго после этого не живу. Хорошо хоть сюда возвращаюсь, а не на небеса возношусь. Раньше, уходя в будущее вместе с телом, мне удавалось зацепиться там крепче. И меня стремились убить не так активно. Пожалуй даже, меня ни разу не удавалось убить. Хотя я и проваливался обратно сюда. Давай не будем больше вырывать мою душу? Давай снова попытаемся перенести меня домой вместе с телом?

– Ох, и упрям же ты, чадо, – покачал головой старик. – Сказывал же я тебе, попасть можно лишь в то будущее, которое на самом деле существует.

– Кто лучше знает о будущем – ты или я? – Зверев спрыгнул с алтаря и начал одеваться.

– Лучше всех о будущем ведает зеркало Велеса, отрок, – вздохнул Лютобор. – Твои же сказки, хоть и ласкают сердце мое, но к истине отношения никак не имеют.

Колдун наклонился к костру, дунул на него, словно на свечу, – и огонь сгинул.

– Будь по-твоему, чадо. Еще раз попробую душу твою во времена иные вернуть. Коли опять не выйдет, к прежним чарам вернусь. Вместе с телом перемещать стану. Но час полнолуния ушел. Придется ждать нового.

– И на том спасибо, Лютобор, – поклонился во мрак Андрей. – Что хоть попытался. Я к тебе завтра заскочу, мяса копченого и вина завезу. А то, заметил, не ходят к тебе теперь селяне.

– Яйцо сырое тогда прихвати, чадо, и жены своей волос длинный. На будущее ее поворожим. На проклятие. Глядишь, чего важного откроется. Ныне же прощай.

Во мраке стало пусто. Исчезли еле слышный шелест одежды, звук дыхания, похрустывание снега под ногами и всегда ощутимое, пусть и на расстоянии в пару шагов, человеческое тепло. Андрей остался один.

– И тебе всего хорошего, чародей, – пробормотал Зверев. – Хотя свет ты, колдун, выключил рановато… – В темноте он нашарил на камне ферязь, накинул на плечи, застегнул крючки.

И он двинулся к усадьбе, над воротами которой, словно путеводные звезды, горели факела сторожей.

Обычно Звереву удавалось проникнуть домой незаметно.