Князь

 – Значит, сосед-враг и вечная неуверенность с имением для всех – против моего богатства, титула и общего спокойствия? Плата – моя клятва перед алтарем. Причем разводы в этом мире не предусмотрены!

Молодой боярин ощущал себя «крепким орешком» во власти шантажиста. «Брось пистолет, или я убью девушку». И ведь знаешь, что нельзя бросать, потому как убьют – но не можешь не бросить, потому что должен спасти заложницу. Только заложников против него – полная усадьба и десяток деревень."

"Кого Зверев не мог исключить из своих раздумий, так это Варю.

– Черт, иногда жалеешь, что ты не простой смерд! – Андрей передернул плечами, кинул лук в колчан и пошел собирать стрелы.

Ему очень, очень не хотелось жениться неведомо на ком, да еще так неожиданно. Никак не хотелось. Но каждый раз, когда он пытался подобрать аргументы, чтобы разумно объяснить это нежелание отцу – выходило, что жениться все-таки надо. Хотя бы просто прийти и поставить подпись там, где требуется. Потому что от этой подписи зависело очень многое. Для боярина, матушки, Пахома, Никиты, Вторуши, для той же Вари.

– Имение. Титул. Продолжение рода. Вот ведь елки длинные и зеленые – почему именно я?!

На миг мелькнула мысль забрать Варю, да и куда-нибудь удрать. Но Зверев тут же вспомнил, что даже это невозможно. Она холопка. Совершит побег – ее объявят в розыск. Значит – жить в подполье, никуда не высовываться. Где? Как? На какие шиши? Пахать он не умеет, ремеслам местным не обучен. Правда, обучен драться.

И опять же: он сбежит – а как остальные? Жить, каждый день ожидая, что тебя могут выгнать с родной земли? И в боярские дети, в дворню Друцкого идти – для Василия Ярославовича радость небольшая.