Князь

Поднялась, вставила в уши черные наконечники стетоскопа:

– Давай, дыши… – Она быстрыми движениями попереставляла чашку своего инструмента в разные места грудной клетки, потом повесила стетоскоп на шею. – Рот открой. К окну повернись… Нет, все в порядке. Хрипов у тебя никаких, горло не красное. Так что одевайся и топай на уроки. Здоров.

– У меня здесь болит… – опять показал на нижние ребра Андрей. – Очень сильно.

– Ладно… – вздохнула блондинка, открыла шкаф, достала градусник: – Вот, держи.

Она глянула на часы и снова уселась за книгу.

Так и прошло несколько минут, пока медичка, злобно вонзив в книжку иглу, не выдернула у него термометр:

– Та-ак… – задумчиво протянула она, глядя на ртутный столбик.

– Сколько там? – спросил Андрей.

– Чем греем, мальчик?

– Что?

– Ты меня совсем за дуру считаешь? У тебя ни кашля, ни чиха, ни хрипа, гланды не опухшие – а на градуснике температура! Чем грел?

– Ничем… – Зверев даже не шевельнулся в ответ – боялся, что боль под ребрами снова вернется.

– Ну да, ты больной, а я римский папа… – Медичка профессиональными движениями прощупала его бока, топчан за спиной, школьный пиджак, рубашку.

Андрей промолчал.

– Ну, хорошо… – подумав, кивнула блондинка. – Ты домой хотел, освобождение получить? Будет тебе сейчас освобождение, по полной программе… – Она сняла трубку с телефона, набрала номер из двух цифр. – Здравствуйте. Это тридцать пятая школа, медицинский пункт. У меня подозрение на воспаление легких у учащегося, в тяжелой форме. Нужна срочная госпитализация. Да, жду.

У Зверева начали затекать плечи – все же поза его была не очень удобная.

– Будет тебе освобождение, – тем временем злорадно пообещала медичка. – Полное освобождение. С такой температурой тебе не телевизор дома на диване, а полная госпитализация положена.