Князь

Составить зелье, найти нужные заклинания, определить порядок обряда. Поперва опробовать на куклах бездушных. Дней десять, мыслю, уйдет. А может, и более. Али менее.

– Так сколько? Когда ты вернешь меня домой?

– Ты заходи, отрок, – пригласил Андрея колдун. – Заходи. Как готов буду, узнаешь.

– Ладно, старик, – кивнул новик. – Зайду. Дней через пять. До того времени управишься?

– Заходи. Там видно будет.

Зверев опять кивнул и направился к лестнице. Когда он миновал идолов, Лютобор неожиданно окликнул:

– Так и уйдешь, смертный? Нешто попросить ничего у волхва вещего не хочешь?

– Ты меня домой отправь, колдун, – отмахнулся новик.

– Так и не надо тебе ничего? Ни серебра казну не хочешь, ни любви девицы красной, ни силы великой? А хочешь властью одарю?

– Душу не продаю, колдун.

– А разве я у тебя душу прошу, чадо неразумное? Я ведь и так, по доброте своей одарить могу.

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Это верно, – как-то странно закудахтал старик. – Но ведь я тебе не сыр предлагаю. Ты, вижу, воин, отрок. А хочешь, оружие твое заговорю так, что никому в руки даваться не станет – резаться будет, колоться, не слушаться. А к тебе, коли что, само возвернется?

– Так не бывает, – замедлил шаг Андрей.

– Прямо счас заговорю. Ты и убедишься.

– А взамен чего спросишь?

– Крови несколько капель спрошу. И то не себе. Для заговора. На тебя оружие заговаривать – от тебя и кровь нужна.

– За что же милость такая, колдун?

– Как же, чадо? Обиду, вижу, на меня держишь. Вот немного и откуплюсь.

– Долго это? – В душе Андрея боролись любопытство и недоверие. Да и предложение показалось заманчивым. Кто же откажется от «ручного» оружия?

– Что ты, чадо, дело несложное. Легко управлюсь. Токмо и ты не забывай: не колдун я. Волхв Сварога Великого, праотца всех людей русских. И именем Лютобора наречен. – Старик поднялся из-за стола, прошелся вдоль стены, постукивая пальцами по расставленным по углублениям кувшинам.

Андрей повел плечами. Спустился обратно, в логово чародея. Любопытство взяло верх над всеми прочими чувствами. При настоящем колдовстве он не присутствовал еще никогда.

– Воска пчелиного для огня, – негромко начал перечислять волхв, – жира медвежьего для силы, сала человеческого…

– Человеческого сала?! – вздрогнул Зверев.

– Его самого.