Клад тверских бунтарей

Да еще над нашими трупами глумиться будет. Отойди, Александр Михайлович, не доводи до греха.

В коридоре объявился боярин Игнатьев.

— Князь, весь посад поднялся. Люди в кремле, ловят нукеров Чолхана и забивают на месте. Это бунт, Александр Михайлович.

Тверской князь опустил голову и проговорил:

— Этого я и опасался. Ну что ж, чему быть, того не миновать. — Он отошел в сторону.

Ратники во главе с боярином Вельковым бросились в гостевую палату. Завизжали ордынцы. Их потащили во двор, где гудела толпа.

Когда ратники и боярин Вельков вывели Чолхана с Кульбеди, народ взревел и бросился на них.

Хамзу и Назира тверичи взяли на берегу Волги. Они пытались бежать на лодке. Кто-то узнал в них убийц жителей посада. Впрочем, их смерть была не мучительней той, которой они подвергли свои беззащитные жертвы.

К полудню с отрядом Чолхана было покончено. Но люди не расходились.

Александр Михайлович опять сидел в кресле, которое недавно занимал Чолхан.

Народный бунт неминуемо вел за собой тяжелые последствия. Вопрос состоял лишь в том, когда они наступят. Как скоро весть о том, что тверичи извели Чолхана со свитой, дойдет до Сарай-Бату? Или до Москвы, что гораздо ближе, но так же губительно?

К вечеру, когда все разошлись, неожиданно разыгралась нешуточная гроза.

В гостевую залу пришел слуга и спросил:

— Что теперь будет, Александр Михайлович?

— Худо будет, Степа.

— Я тут повозку ордынцев на задний двор откатил, поставил у клети.

— Что за короб?

— Откуда мне знать, князь? Но похоже на то, что это тайник. Сразу-то никто не заметил, а у повозки всегда нукер стоял. Чего ее охранять-то? Видать, короб этот он и сторожил.

— Пойдем, посмотрим, все одно делать нечего.

Александр Михайлович лукавил. Он уже знал, что делать, но вида не показывал.

Они прошли на задний двор. Их никто не видел. Стражи на постах еще не было. Люди отходили от буйства дня и жуткой грозы, какой не помнили и старики.

Степан показал князю короб. Он был небольшой, плоский. Казалось бы, взялся за ручку и вытащил его по полозьям. Но для чего все это?

Князь попробовал вытащить короб, но куда там. Тот едва шевельнулся.

— Давай, Степа, вместе.