Хрупкое желание

— Просто захотела перемен, — сказала я, защищаясь.

На лице Анны отразилось сомнение.

— Думала, мы обещали никогда не лгать друг другу.

Мы поклялись в этом, когда нам было по шесть лет, и с тех пор всегда говорили друг другу правду. Анна была моим доверенным лицом. С уходом Фины она стала моей единственной. Я просто не могла говорить обо всем с мамой, тем более с папой или Сэмюэлем.

— Это не ложь, — пробормотала я и вздохнула. Я подошла к кровати и плюхнулась на нее, уставившись в потолок. — Я захотела перемен, но… — глубоко вздохнула, не желая признавать, что побудило меня к этому.

Анна вытянулась рядом, наблюдая за мной. Я смущенно смотрела прямо перед собой.

— Но ты не она. Даже светлые волосы этого не изменят.

— Знаю, — сказала я несчастным голосом.

Реакция Сэмюэля и мамы сделала это совершенно очевидным.

Анна взяла нас за руки.

— Тебе не обязательно быть ею.

Так ли? Сэмюэля и Фину связывала особая связь, и это было естественно.

Когда я ничего не сказала, Анна склонилась надо мной, и я могла видеть только ее лицо.

— Или это из-за Данило?

Я снова пожала плечами. Если я буду продолжать в том же духе, то скоро вывихну плечо.

— Дело вовсе не в нем. — я сделала паузу. — Он все еще влюблен в Фину. Я могу сказать, как ему больно, потому что она ушла.

Анна покачала головой и фыркнула.

— Он не влюблен в нее. Он даже не знал ее. Как часто они виделись? Два раза в год на общественных мероприятиях. Держу пари, он никогда не видел ее личную сторону, только официальную. Ту, за которой мы все должны следить ради приличия. Но одно не похоже на другое. Даже если он был влюблен в нее, в чем я сомневаюсь, он был влюблен в тот идеальный внешний образ, который она представляла, а не в ее истинную сущность.

— Теперь ты эксперт по парням? — я пошутила.

Часть меня думала, что Анна была права, но сильная эмоциональная реакция Данило на потерю Фины беспокоила меня.

— Я эксперт по правилам нашего мира. Данило хотел Фину только из-за ее статуса и имиджа.