Хрупкое желание

Я не позволю разгрому вечеринки разрушить это мне.

— София? — голос Данило был озабоченным, когда он бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем снова переключить свое внимание на дорогу.

— Нет, я люблю слушать музыку, — сказала я, радуясь глубокому мужскому голосу, звучащему из динамиков и заполняющему машину.

Без этого нам с Данило пришлось бы разговаривать, а я не в том настроении, чтобы вести хоть наполовину интересную светскую беседу.

Данило кивнул.

Музыка была меланхоличной, почти тоскливой. Не такую музыку я бы выбрала для своей свадьбы, но, возможно, она отражала чувства Данило.

— Кто это? — спросила я в конце концов, больше для того, чтобы отвлечься от своих нервных мыслей, чем что-либо еще.

— Depeche Mode.

Я кивнула, будто была знаком с этой группой, но на самом деле никогда о них не слышала, и, судя по двум песням, которые я прослушала, они не были музыкантами, которых я бы слушала по своему выбору.

— Звучит депрессивно.

В тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, я готова была пнуть себя.

— Я никогда не думал в таком ключе.

После этого мы снова погрузились в молчание, и я решила сосредоточиться на дороге, а не на муже.

Мой муж. Я так долго ждала, чтобы назвать Данило своим мужем, а теперь ожидаемая радость не пришла."

"Данило остановился перед своим особняком. Я никогда не была здесь раньше. Это было красивое трехэтажное поместье с арочными окнами на втором этаже и каменными ступенями, ведущими к деревянной парадной двери.

— Этот дом принадлежал моей бабушке и дедушке. Это оригинальное семейное поместье Манчини. Мои родители переехали в свой собственный дом, когда поженились.

Я кивнула, задаваясь вопросом, сколько горничных нужно, чтобы убрать этот дом. Судя по размерам, в нем было не меньше сорока комнат, а возможно, и больше.

Данило припарковался на подъездной дорожке, вышел и открыл мне дверь.

Мы не разговаривали, пока Данило вел меня вверх по белой мраморной лестнице в хозяйскую спальню. Как всегда джентльмен, Данило открыл мне дверь и жестом пригласил войти. По крайней мере, для меня он был джентльменом. Но я помнила его другую сторону. Его сердитую, необузданную сторону.