Хроники странствующего кота

Родственники со стороны мужа чисто формально приняли участие в похоронах и отбыли, даже не затронув вопроса, что будет с мальчиком. Для них Сатору был совершенно чужим, посторонним ребенком. Те немногочисленные родственники, что еще оставались со стороны сестры, тоже не выказали желания взять Сатору к себе. Когда Норико заявила, что станет опекуном племянника, некоторые выразили беспокойство, мол, она не замужем и ей не следует брать на себя такое бремя. Большинство предлагало отдать Сатору в приют.

Сатору – это ребенок ее сестры и зятя.

Когда прошли похороны и все вопросы с наследством были улажены, Норико сообщила Сатору, что она будет его опекуном.

– Тебе никто не говорил об этом. но когда-нибудь ты все равно узнаешь правду, поэтому я сама расскажу тебе.

Все равно когда-то он узнает. Поэтому лучше сказать сейчас. Реальность – это реальность. Так считала Норико, но, увидев лицо Сатору, тотчас же поняла, что совершила большую ошибку.

Сатору побледнел, его лицо исказилось, глаза сделались пустые.

Точно такие же глаза у него были сразу после смерти родителей. Он приблизился к стоявшим в местном муниципальном центре гробам с таким выражением, словно потерял все, что у него было в этом мире.

Когда на панихиду пришел его школьный друг, Сатору расплакался в первый раз за все это время. Со временем выражение глаз у него изменилось и стало таким же, как прежде.

Осознание того, что она совершила нечто непоправимое, обожгло Норико, как огнем.

– А кто мои настоящие родители? – спросил Сатору.

– Твои настоящие родители – этой моя сестра и мой зять. А ты сейчас говоришь о тех, кто тебя родил.

Сатору не имел в виду ничего обидного, однако Норико сурово отчитала его. В груди жгло, и она была не в состоянии контролировать себя.

– Твои настоящие папа и мама – это моя сестра и ее муж, а те, кто произвел тебя на свет, – они просто дали тебе жизнь.