Хроники сыска

Народу из Первопрестольной прибыло немного, и «ваньки» засуетились, наперебой предлагая себя приезжему. Наружность у того была неброская, но солидная. Добротный сюртук, сапоги из дорогой опойки, новый картуз с околышем из полубархата и толстая серебряная цепь на жилетке выказывали достаток. Носильщик, пыхтя, тащил сзади чемодан и корзину.

Высмотрев извозчика себе по вкусу, приезжий спросил у него:

– До Сормова сколько просишь?

– Целковый бы надо по совести, ваше степенство.

– Семьдесят пять копеек.

И, не слушая возражений, уселся в пролетку.

– Слышь, малой! Где в Сормове квартиру можно снять?

– А у меня в Копосове не подойдет? Чисто, и мамка готовить будет.

– Где это твое Копосово?

– За Сормовом шесть верст в сторону Балахны.

– Не. Нужно в самом Сормове. Да еще чтобы место было в первом этаже под мастерскую. Механик я. Хочу здесь осесть, дело открыть. Самый дом и улица должны быть порядочные, не на окраине.

– Сварганим, ваше степенство, – солидно пообещал возница. – Девка моя служит в номерах Яшина на Дворянской улице. Главный сормовский бульвар! Лучшие трактиры там, и волостное правление, и переводная контора.[56]

– А мастерскую-то где помещать, чудак-человек? Тоже в номерах?

– Зачем, ваше степенство. Там через два дома бывшая зеленная лавка купца Рютина.

– Хгм… А нумера-то хоть солидные? Не клоповник?

– Наилучшие во всем Сормове! Господа инженеры с вагонного завода там проживают, а они народ балованный.

– Вези туда, поглядим. Ты, я вижу, малый смышленый. Как тебя звать?

– Михайла Пужалов.

– А меня Форосков Петр Зосимович. Через два дня мой багаж прибудет, пудов на десять. Станок, инструменты… Надо будет забрать на вокзале и привезти на квартиру.

– Сделаем в наилучшем виде, Петр Зосимыч! Я к вам вечером подъеду, посмотрю, как вы устроились. Может, помочь чем потребуется или захочете город посмотреть…

– Сначала надо с помещением решить. Но ты подъезжай. И вообще… не теряйся. Я тут человек новый, мало ли что возникнет. Знакомство какое свести или справку получить; ну, ты понимаешь.

– Как не понять, ваше степенство, – живо ответил Пужалов, оборачиваясь к седоку всем корпусом.