Хранитель рода

Раджас был исконным танцем женщин пустынь, которые занимали центральные территории нашего материка. Его обычно танцевали перед важными гостями или перед местным правителем – тархаром. Это был очень чувственный и страстный танец. Занимаясь по курсу танцевального искусства дополнительно в школе Магических искусств, я овладела и этим направлением тоже. Моя наставница всегда поражалась тому, как легко мне давались различные виды танцев и их комбинации. Сама она страстно любила раджас за ту искру огня, которая всегда сопутствовала этому танцу, и обучила ему и меня, хотя в учебную программу он не входил.

И вот теперь мне предстояло исполнить этот шедевр перед всей высшей знатью. Хуже даже вообразить сложно!

На сцену вышел конферансье и объявил выход танцовщицы. В зале погас свет, и я, вдохнув поглубже, устремилась вперед, как в омут с головой. Быстро метнув по периметру сцены магические огоньки так, чтобы они озаряли меня со спины, и зрителям были видны лишь очертания моей фигуры, а не внешность, хоть и скрытая маской, я замерла в ожидании музыки.

И она тут же полилась на сцену, оглашая все вокруг громким ритмичным боем барабанов.

Устремившись по узкому коридору от сцены к костюмерной, я вдруг услышала голос, искаженный маской, но однозначно принадлежащий мужчине:

- И что это за прелесть такая тут у нас? Впервые встречаю столь умелую танцовщицу.

Сердце ухнуло куда-то внизу и тут же подскочило обратно, забившись пойманной птицей где-то в районе горла, и встав там комом, не давало вымолвить и слова.

Передо мной стоял Двэйн Паринс, мой бывший жених собственной подвыпившей персоной. Только он пользовался этой туалетной водой, которую заказывал в одном и том же месте, поскольку на все остальные ароматы у него была стойкая аллергия. Смесь мускуса и гвоздики, терпкий, пряный, будоражащий аромат ударил в ноздри, вызывая позабытый приступ омерзения от осознания близости этого человека.

Ни говоря ни слова, я рванула было вперед в тщетной надежде проскочить мимо него. Но не тут-то было. Он легко поймал меня и прижал к ближайшей стене, расположив свои руки по бокам от моего лица.

Паринс был так близко, что мне приходилось задирать голову вверх, чтобы смотреть на него.

- Куда же ты так спешишь, сладкая девочка? - растягивал он слова, поглаживая меня по щеке одной рукой. – Мы ведь еще не познакомились. А мне так хочется узнать, кто же здесь спрятался под маской.

Понимая, что сейчас может произойти непоправимое, я решительно оттолкнула его и поднырнула под руку.