Хозяин Священной Колыбели

Впрочем, оно воздает лишь по заслугам, при этом оставляя шанс на исправление.

Вероятно, утрата красоты станет для принцессы переломным моментом? Или толчком, который сподвигнет ее душу встать на правильный путь? Поэтому источник пусть и подлечивает, да полностью следы не убирает?

Не знаю, пока сложно разобраться. А вот посочувствовать ей можно. Как женщине, девушке, что блистала красотой, юностью и свежестью, и которой теперь предстояло жить со страшными рваными отметинами на лице…

Опять же… Как Виктран допустил то, что его чуть ли не досуха выпили? Он же неосознанно силу прямо из озера тянул примерно с час до того, как появился! А если б не хватило? Впрочем, даже если бы и хватило, сам мужчина мощь этой силы не вынес – выжгло бы все магические каналы.

А так вот, считай, испугом отделался, лишь три канала повредил, и то, слава Священной Паре, некритично.

Что он увидел или кого?

Арандиана имела не только свежие, но и явно застарелые следы насилия на теле.

Шрамы на спине, ногах… На спине – точно ритуальные. Ксандер в красках объяснял и даже зарисовывал все, что успел вызнать про Дамрука и его страшные эксперименты над сыном. Так кто же мог такое творить с королевской особой? Погибший король? Возлюбленный? Принцесса – не тот человек, к которому так запросто подойдешь и уж тем более причинишь вред! Или она добровольно все это делала? Потому и гниль внутри чуть ли не все выела?

– Где я?

Тихий голос Арандианы вывел меня из раздумий.

Мысленно я чертыхнулась. Ну вот что стоило источнику подольше подержать ее без сознания? И Виктран еще не вернулся, и разговаривать с ней желания никакого. Может, усыпить?

Словно вторя моим мыслям, озеро пришло в движение, заструилась божественная магия, заиграла бликами… А если учесть, что только-только солнце вставать начало, и его лучи были редкими, лениво лижущими землю, свет, преломляемый и отражаемый от поверхности озера, в полусумраке казался волшебным северным сиянием… Правда, с одним нюансом – рядом с Арандианой будто все краски сгустились, и вместо нежно-розовых пугливых фуксий и изумрудных дымков вокруг нее вился шлейф из темно-фиолетовых, темно-синих и густых зеленых бликов.

– Что за место волшебное?.. Страшное… Неужели я умерла? – едва слышно выдохнула принцесса и, наконец, заметила меня.

Наверное, в этот момент в меня бес вселился, не иначе.