Хозяин Священной Колыбели

А ведь мог остановить меня, не дать продолжить …

Интересно, а когда Ах сможет вернуться в образ того духа-старичка? Случится ли это утром или потребуется чуть больше времени? Или принесенной части тела окажется недостаточно для этого?

– О чем задумались?

– Об Ахе. Раз ты принес часть его тела, значит, скоро он сможет вернуться к тому воплощению, в каком предстал передо мной до ритуала пробуждения? Или этого пока не хватит?

– На алтаре Зурара были руки без кистей и часть тела от пояса до колен.

Ахадэриану потребуется время, чтобы очистить их от тлетворной магии Хаоса, но потом – да… Этого должно хватить для того, чтобы он смог получить временное материальное воплощение – аватар.

Я молчала. Думала над тем, что должна сделать, сказать. А Виктран держал дистанцию. Опять же, его обращение ко мне на «вы»... намеренное... Но, право слово, мне вообще не было обидно.

– Давай отложим разговор на утро? – решившись, попросила я. – Меня ждут Илиас и Нежка, они сутки маму не видели.

Я сегодня привела в Колыбель больше тысячи людей, и большинство из них – дети, над которыми длительное время ставили эксперименты. Потом еще и печати на Рэндаре активировались, и я потратила все свои силы на его спасение... Ах даже сейчас продолжает заполнять мой опустошенный резерв…

– Сейвеху, – поправил меня Виктран. – Мы больше не на Земле, не стоит использовать принятую там терминологию. Вы можете забыться… Впрочем, с нашим статусом это уже не так важно.

"

"– Тебе тоже не мешает отдохнуть, – я не стала акцентироваться на его замечании. – Тебя не было больше вехимана, и пусть озеро очистило твое тело, но вряд ли ты мог нормально поесть и поспать.

– Я бодрствовал все это время. Большую часть чуть ли не сомнамбулой бродил по безжизненному городу. Но вы правы – отдых крайне необходим.

И может, стоило открыть тропу и уйти, отдать приказы слугам (хотя тут явно и без меня справятся те, кого Виктран вернул в Белый Дом.

Они точно уже раздали указания и о купальнях для нас, и о пире на весь мир), но заставить себя сделать это оказалось трудно. Я не хотела уходить. Не хотела расставаться.

Вот же он, только руку протянуть. Живой... Колючий только, смотрит чуть ли не волком… Но так хочется коснуться… Ежик обиженный… Обескураженный.

Я дотронулась до его руки. Оттолкнет – значит, так тому и быть.

– Мне все время казалось, что ты с кем-то меня сравниваешь.