Хозяин моего сердца

— Не дождешься! — рыкнул Ригли. — Сначала я использую прибор повторно, а потом взорву, к бездне, этот корабль!

Не успел бывший императорский советник договорить, как произошли сразу два события. Прибор Зерта, который Ригли до сих пор прижимал к себе, на глазах раскалился докрасна. Мужчина истошно закричал и отбросил его от себя, но еще в полете изобретение Гермора рассыпалось в пыль. В эту же секунду раздался громкий писк, такой громкий, что Диане захотелось закрыть уши. Обычно ксоник Тайрона подавал более приятные слуху сигналы.

"— Слушаю! — саорг вывел на экран изображение, и все увидели встревоженного Ская. Обычная невозмутимость аскедов никак не вязалась с его теперешним состоянием.

— Виссоны! — произнес он.

— Далеко?

— Ближе, чем обычно и стремительно приближаются.

— Сколько времени у нас есть?

— Время ничего не изменит их слишком много! — выдохнул аскед. — Я никогда не видел, чтобы виссоны двигались с подобной скоростью…

— Сколько их?

— По нашим данным не менее тридцати! Будут в секторе менее чем через полчаса.

— Тридцати? — ахнул Асмус. — Мда-а-а, дела…

— Ч-ч-что-о вы х-хотите с-сказать? — голос императора задрожал.

— Вам-то волноваться не о чем, Невелус, — произнес Тайрон. — Вы умрете императором, сохранив за собой трон. Не об этом ли вы мечтали несколько минут назад?

— М-мы в-все умрем? — Невелус в ужасе вытаращил глаза. Дышал он часто, и его щеки надувались в такт вздохам.

— Все, — не стал лукавить саорг.

— Так делайте что-нибудь! — запричитал император. — Спасайте меня! Запросите помощь, подкрепление, в конце концов!

— Помощь с Саорга не успеет прибыть вовремя, — ответил ему сенатор. — Они успеют только вылететь к тому моменту, как весь ваш сегмент галактики будет уничтожен.

— Весь? — переспросил Берг Сонал.

— Да, председатель, — подтвердил Асмус.

Берг устало опустился на диван рядом с Зертом и затих.

— У вас есть какие-нибудь конструктивные идеи, друг мой? — спросил сенатор у Гермора, но старик отрицательно покачал головой.

— Боюсь, я ничем не смогу помочь, Асмус. Прибор уничтожен, а сам я, к большому сожалению, чудес не творю. Все, что нам остается — это молиться.