Хороший мальчик

Это отвратительно.

И никогда не закончится.

Шею резко схватывает болью, и я громко роняю вилку.

– Хоспади. – С губ срывается еще одно менее цензурное слово.

– Блейк, – осторожно зовет Бренна, когда я встаю со стула, – куда ты пошел?

– За обезболивающим, – бормочу я, направляясь к дверному проему. На самом деле мне просто нужна минутка вдали от Молли, чтобы перестроиться. Больше так продолжаться не может.

Я вваливаюсь на кухню, наливаю в стакан воду и жадно ее заглатываю. Мой мозг безуспешно старается придумать какое-то решение – какой-то способ убрать Молли из наших жизней.

Кто-то подходит сзади, и, повернувшись, я вижу Бренну.

– Блейк, – говорит она тихим голосом. – Нельзя вот так срываться с места. Может, ее чувства доставляют тебе беспокойство, но их надо признавать. И тебе, наверное, лучше не приводить сюда свою новую девушку, не предупреждая нас.

У меня чуть глаза из орбит не вылезают.

– То есть каждый раз, когда я хочу навестить маму с папой и привести с собой Джесс, я должен отправлять ей официальное приглашение? Следить, чтобы она ответила на него, потому что тогда вы будете знать, что она придет? Полная хрень.

Она хмурится еще сильнее.

– Ты никогда не спрашивала разрешения перед тем, как привести сюда Чарли, – замечаю я, и гнев внутри начинает бушевать. – У Бет с Кайлом было то же самое. Так почему, черт возьми, сейчас все по-другому?"

"– Ты знаешь почему, – шипит Бренна.

– Тогда почему она здесь? – парирую я. – Никто не держит пистолет у головы и не заставляет ее обедать с нами.

– Она здесь, потому что я так хочу! Потому что она – семья! – Щеки Бренны ярко краснеют. – И она до сих пор в тебя влюблена, тупой идиот.

Я делаю вдох. И еще один. И еще один на всякий случай. Я в двух секундах от того, чтобы начать твердить мантру, которой научил меня Уэс, когда мое колено не выдержало плей-оффы в прошлом сезоне.

Вот только… ни хрена ничего не нормально. И не будет, пока сестра продолжает подсовывать мне лживую бывшую. Эта женщина сломала меня.

– Мне жаль, что у нее до сих пор ко мне чувства, – говорю я так спокойно, как только могу. – Но ей надо покончить с ними. Я продолжил жить своей жизнью.