Опальная жена. Пекарня на краю севера

Нет, причислить себя к измене я никак не могла – слишком хорошо знакома с предательством, знаю, какое оно на вкус.

А вот что сделала хозяйка этого тела… Это уже другой вопрос.

В голове то и дело вспыхивали обрывки чужой памяти, словно кадры из фильма, который я когда-то видела, но уже почти не помнила. Они проносились перед внутренним взором, как яркие вспышки, оставляя после себя лишь смутное ощущение дежавю.

Свадьба… Свадьба и правда была вчера. Воспоминания о ней всплывали в памяти, но вместо ожидаемого трепета и волнения я чувствовала лишь холодную пустоту.

– Вы только посмотрите на неё! – пренебрежительно фыркнули за моей спиной.

В гостиную, похоже, вошла та самая девица, что весьма нагло назвала меня “маленькой шлюшкой”. Светлые волосы девушки были завиты в тугие кудри, милое личико, чуть вздёрнутый носик, который красноречиво говорил о её самомнении и чувстве превосходства.

Я замерла, лихорадочно размышляя, как реагировать на её выпад.

В голове то и дело выскакивали образы из книг. Где-то попаданок боготворили – да за ними целая очередь выстраивалась из королей, принцев, князей и прочей шушеры. В других историях – на них безжалостно охотились и сжигали на кострах, как ведьм.

Но… Чёрт! Это всё в книгах, а здесь… похоже, всё происходило всерьёз.

Я не нашла ничего другого, как просто промолчать.

Девушка, видимо, раздосадованная моим молчанием, приблизилась вплотную. От неё исходил сладковатый аромат духов, настолько концентрированный, что у меня закружилась голова.

– Ну что, дорогая кузина, – процедила она сквозь зубы, – не ожидала, что твои грязные делишки так быстро раскроются?

Я продолжала молчать, крепче запахивая плед. Внутри всё кипело от возмущения, но здравый смысл подсказывал, что сейчас лучше не нарываться на конфликт. Слишком мало информации, слишком опасная ситуация.

– О, теперь ты изображаешь немую? – Розалинда рассмеялась, но в её смехе не было и намёка на веселье.

Послышались приближающиеся шаги.

Генерал Артэйр спустился первым. Его лицо было непроницаемым, но желваки на скулах выдавали едва сдерживаемую ярость. За ним следовал мой ""отец"", чьё выражение оставалось таким же бесстрастным, как и прежде.

– Я требую развода! – рыкнул мой муж.

Прибежавшие вслед за генералом и “отцом” гости пораскрывали рты.