Опальная жена. Пекарня на краю севера

Так что я стала искать слабые места, точки, на которые можно надавить. И все мои размышления сводились к одной-единственной фразе…

– Заключим сделку? – выдала я, внимательно следя за реакцией мужчины, которого мне приходилось называть отцом. – Вы ведь так любите заключать выгодные сделки.

Глава 49.

Глава 49

– Почему я вообще должен слушать тебя?"

"– Потому что я ваша дочь. Дочь! Ваша плоть и кровь, если вам будет известно. Проявите за всю свою никчёмную жизнь хоть каплю сочувствия. Или… – я подалась вперёд, – вы можете отказаться.

Можете продолжать и дальше делать вид, что меня не существует. Но я добьюсь своего. С вашей помощью или без неё. И тогда… тогда пощады не ждите. Я сделаю так, чтобы все узнали, какое вы на самом деле чудовище. Распущу слухи. Ложные, если потребуется. Общество отвернётся от вас. Навсегда. Не это ли самое ужасное, что может с вами произойти?

К моему удивлению, отец не стал угрожать или огрызаться в ответ. Вместо этого уголки его губ дрогнули в усмешке, а глаза сверкнули каким-то странным одобрением.

– Надо же, – протянул он, откидываясь в кресле. – В тебе всё-таки больше от меня, чем от твоей матери. А я-то думал, что ты унаследовала её слабость и сентиментальность. Терпеть не мог эту женщину с её вечными слезами и мольбами. А ты… Похоже, в тебе скрывалась настоящая волчица. Угрозы, шантаж… – отец почти с гордостью кивнул. – Моя кровь.

Мне стало противно, но я не подала виду. Сейчас главное – всё сделать правильно.

– Это была не моя идея, – неожиданно произнес отец, поднимаясь с кресла.

– А к твоему “убийству” я вообще не имею никакого отношения. Я просто пересказал герцогу события твоего побега, и то, что сказал после этого Виктору. Легенду, которой мы с ним обещали придерживаться, – мужчина усмехнулся. – Вот только Виктор, похоже, не послушал меня и стал тебя искать.

– И какой же была легенда? – я не сводила с родителя глаз.

Готовилась к атаке, если честно. Но воздух оставался спокойным. Оглушающая тишина там, где я ожидала шторма магического давления, сбивала с толку куда больше.

Может, в этой ледяной глыбе, которую я звала отцом, и впрямь дрогнуло что-то человеческое, что-то родительское?

– Никакого побега не было, – его ровный, бесцветный голос вывел меня из транса. – Виктор увёз тебя в своё поместье. И там ты тихо скончалась. Герцогу было глубоко безразлично, что именно свело тебя в могилу – скоротечная лихорадка или… – отец сделал едва заметную паузу, – тонкий клинок в сердце, вонзённый рукой ревнивого супруга.