Опальная жена. Пекарня на краю севера

– О, нет. Я лучше пойду, – твёрдо произнёс Кайм, и не глядя больше ни на кого, быстрым шагом направился к выходу.

Как только барон скрылся, Розалинда перевела на нас с отцом взгляд, полный такого отчаяния, что на миг мне стало её почти жаль. Почти. Крупные слёзы блеснули на ресницах кузины, и она сорвалась с места, будто её подтолкнула невидимая сила.

– Подождите, барон! Прошу вас! – крик кузины прозвучал уже из коридора.

Послышались приглушённые, прерывистые слова:

– Это недоразумение! Клянусь, я ничего не знала! Прошу вас, не уходите! Дайте всё объяснить!

Грохот захлопнувшейся входной двери оборвал её мольбы.

Не прошло и минуты, как дверь в гостиную распахнулась. На пороге стояла Розалинда. Настоящая фурия с растрепавшимися волосами и лицом, искажённым гримасой чистой, незамутнённой ненависти.

– Ты! – её палец, дрожащий от ярости, нацелился мне в сердце. – Откуда ты выползла?! Из какой могилы вернулась?! Решила явиться именно сейчас, когда моя жизнь наладилась? Ты не сдохла, значит… значит… Значит, я сама тебя прибью!

– Розалинда! – отец, наконец, очнулся от оцепенения. – Немедленно иди к себе. И закрой дверь.

– Но!..

– Живо!

Дверь захлопнулась, и в наступившей тишине мы с отцом остались наедине.

– Барон… – усмехнулась я, подчёркнуто изящно присаживаясь на диван, где только что сидела кузина.

– Приходится довольствоваться тем, что есть.

– Как это на вас не похоже…

– Чего ты хочешь?

– Чего я хочу? – я задумчиво склонила голову. – Пожалуй, немногого. Правды. Справедливости. Уважения.

– Моё уважение ты уже заслужила. Тем, что выжила. Что до справедливости – ты не получишь её ни здесь, ни где-либо ещё.

– А правда?

– Правда? – отец хмыкнул, и в его глазах мелькнул жадный интерес. – Какая из них тебя интересует?

Он уже успел вернуть себе привычную холодность.

Всё долгое путешествие из Дала-Эрне – сперва на корабле, потом верхом – я прокручивала в голове этот разговор. Я не хотела возвращаться в Алькветтерн, надеясь отыскать друзей Виктора. Но судьба, или злая ирония, всё равно привела меня сюда. В дом, где всё началось и где, как мне казалось, всё должно было закончиться.