Песнь Сорокопута

Большую часть времени мы с Эдвардом проводили в этом доме. Раз в неделю Скэриэл приезжал с проверками и привозил наличные. Мне было спокойнее находиться в Запретных землях, в Ромусе я пугался каждой тени и звука.

Дверь отворилась, и появился уставший Эдвард.

– Он ждёт тебя. Но не больше пятнадцати минут. Ему нужен покой.

– Как он? – шёпотом спросил я, с волнением уставившись на дверь.

– Лучше.

Я нерешительно вошёл, хотя до этого томился в ожидании и мечтал поскорее очутиться рядом со Скэриэлом.

Он лежал на кровати, бледный, измождённый.

На лбу Скэриэла выступили капельки пота. Я огляделся. На столе лежали перчатки, шприцы, антисептик и стерильные салфетки. Я схватил салфетки и осторожно провёл по его лицу, вытирая влагу."

"С другой стороны кровати на штативе была закреплена бутыль с лекарственным средством, по трубкам бесцветный раствор через иглу попадал в его тело.

– Как ты себя чувствуешь? – Я уселся на табурет рядом с кроватью.

– Почти здоров, – вяло произнёс он, не переставая улыбаться. Ну, раз шутит, значит, всё плохое позади. Я сжал его ладонь.

– Что с тобой?

– Ты знаешь. – На лице Скэриэла отразилась болезненная гримаса.

Я догадывался, но не был уверен в своих предположениях. Скэриэл очень богат. Он практически сорил деньгами, пытаясь улучшить это здание.

Иногда он пропадал на пять или шесть дней, возвращался в ужасном состоянии и болел ещё некоторое время, балансируя на грани жизни и смерти. После такого Скэриэл всегда получал колоссальные денежные суммы. Я боялся связывать два этих факта.

– Ты… – Я замолчал, уткнувшись взглядом в пол.

– По тебе видно, что ты давно догадался.

Переносчик смерти.

Падальщик.

Крыса.

Я резко встал, отчего мой стул с грохотом перевернулся.

Скэриэл не прятал взгляда. Он смотрел на меня с вызовом. Возможно, ему не доставило удовольствия это признание, но он не стыдился своего заработка, за счёт которого содержал нас.

– Но как? – Я быстро взял себя в руки, вернул стул на место и уселся.

– Не волнуйся, на мне нет сейчас вирусной пыли.