Ходящий в сны. Том 2

— Мы решили возвести его на остатках фундамента. КОгда-то здесь уже была пристройка, которую снесли. Внизу нас могло ждать что угодно, включая магические ловушки, поэтому первым спустился я сам. Никто не видел, что там. Своим людям я запретил туда ходить, объяснив те, что коридор старый и вот-вот обвалится. Солдаты считают, что подземелье представляет для меня только… хм, исторический интерес, и туда никто не сунется. Кроме того, на входе стоит мое охранное заклинание.

— Но я ничего не почувствовал, — нахмурился Хайен.

Лэл бросил на него удивленный взгляд:

— Разумеется. Это же моя магия.

Его глаза блеснули золотом, и юноша больше ничего не стал спрашивать. Его магия. Магия золотых глаз.

Когда адепты вместе со своим провожатым снова оказались на поверхности, Лэл приказал:

— Пока отдыхайте. Охоту начнем после ужина, когда эти твари наиболее активны.

Хели удивленно округлила глаза и спросила:

— Неужели фурифокроты — правда?

— Разумеется, — серьезно ответил Лэл.

Затем он огляделся и, убедившись, что никто их не слышит, тихо добавил:

— Пришлось потрудиться и притащить пару штук из предгорий, чтобы они расплодились.

Хайен только покачал головой в ответ. Обстоятельность Лэла иногда поражала. Интересно, какой его брат? Почему-то именно в этот момент юноша впервые захотел познакомиться со старшим из сыновей магистра Лина."

"Но пока слуги отвели их в комнаты. И у Хайена появилось время обдумать все, что случилось.

Охота на фурифокротов оказалась тоскливой донельзя. Мерзкие, толстые фиолетвые зверушки селились в норах и нападали, скопом, стоило только приблизиться. В их клыках был яд, поэтому приходилось изворачиваться и защищаться. А как только твари поняли, что охотники здесь сегодня не они — тут же попрятались, и выкурить их из-под земли оказалось очень трудно. Приходилось искать остатки проходов и проверять каждый.

И ночь сразу стала приятной. Сидеть на вершине пологого холма рядом с Хели и жевать предусмотрительно прихваченные Лэлом бутерброды оказалось гораздо интереснее. Луна серебрила траву, среди которой тут и там вспыхивало пламя.