Хорошая девочка

Но в этот момент мы оба слышим, как на рабочее место возвращается Диана, стол которой находится как раз напротив двери из подсобки.

Дважды черт! Если она увидит меня теперь с Ником в подсобке, меня линчуют. Официально и нет. Я зла. Опираюсь на стеллаж с пачками бумаги для принтера, складываю руки на груди и вопросительно смотрю на Ника.

– Пояснишь? – уточняю, чтобы понимать, ради чего рискую.

– Он обсуждал подделку результатов геодезической экспертизы, – по-деловому важным тоном выдает Голицын, но из его уст это все равно звучит насмешливо, будто какая-то мелочь, ерунда, а не самое настоящее преступление.

– Чего-о-о?

– Того. Дом на березовой роще помнишь?

– Ну.

– Там дом выше восьми этажей строить было нельзя, а он какой спроектировал?

– Двадцатиэтажка в три подъезда…

– Так вот это все липа. И сейчас Игорек уже новый объект обсуждал. То же самое. Мудак, – выдает Ник, явно довольный собой, и потирает руки.

– А ты чего радуешься? – искренне недоумеваю я.

Я понимаю, почему эти новости могут быть выгодны мне и Андрею, но Голицын-то тут причем?

– Да не нравится он мне. Иванушка, конечно, тот еще неудачник, но этот хмырь мне совсем не по душе. Я хочу стать звездой бюро под началом твоего кавалера, а не этого гнилого деда. Так что руки в ноги и пошла добывать доказательства. До собрания час. Иванушка твой за выходные подготовился? Презентацию, какой он молодец, накидал?

«Нет.

– Да… да, он готов. Наверное, – неуверенно добавляю я.

– Надо у Дианки запись с компа свистнуть, она там час всего хранится.

– Откуда знаешь?

– У меня свои источники.

О, судя по его заигрывающему тону, я не хочу знать подробности.

– Вот ты ее и отвлекай, а я…

– Ага, не надо умничать…

Он замолкает тотчас, когда мы оба слышим приближающиеся шаги. Я судорожно оглядываюсь по сторонам, но спрятаться нам негде.

– Диан, ты тут будешь? – щебечет кто-то.

– Да, я за бумагой, а что?

– Да надо документы у шефа подписать, сделаешь?

– Ага, оставь на столе.

И опять шаги. Голицын соображает первым, и то, что он делает, мне совсем не нравится: он прижимает меня спиной к стене напротив двери и загораживает собой.

– А-а-а! – визжит Диана, испугавшись движения в темноте. – А-а-а, – теперь уже с облегчением тянет она.