Хочу любить

Девушка подчинилась и застегнула ремень безопасности.

Пилот поднялся в воздух и развернул вертолет в северо-западном направлении. Из-за шума разговаривать было практически невозможно, а поскольку Лючии никто не предложил наушники, она молчала, сосредоточенно смотря вниз.

Девушка заметила, как три машины блокировали седан. Нападавших на нее мужчин окружили вооруженные люди. Полицейские или охранники Валенсо?

По губам графа Лючия поняла, что Бруно отдает какие-то распоряжения пилоту. Тот кивнул головой и развернул вертолет в сторону от разыгрывавшейся внизу сцены.

«Уж не направляемся ли мы обратно на виллу?» — хотела спросить девушка, но не осмелилась, решив, что скоро узнает сама.

Через несколько минут показались очертания какого-то здания. Лючия глубоко задышала, когда вертолет ринулся вниз и приземлился на охотничьем угодье.

Двигатель замолк, лопасти закрутились медленнее, и Бруно спрыгнул на землю. Лючия последовала за ним. У нее перехватило в горле, когда граф подхватил ее в воздухе.

Их взгляды пересеклись, и девушка чуть не умерла от страха, заметив жестокость в глубине его глаз.

Крепко держа Лючию за руку, Бруно провел ее по широкой лужайке к дому, потом буквально потащил за собой по коридору и завел в дальнюю комнату.

Дверь захлопнулась со звуком, на который болезненно отреагировали ее нервы.

— А теперь, — вкрадчиво заговорил Бруно, — расскажите-ка мне обо всем, что случилось. Не о том, — уточнил он, — как вы отключили сигнализацию и увели одну из моих машин.

Она гордо выпятила подбородок, но голос чуть дрогнул.

— А что с ними сделают?

На нижней челюсти графа напряглись мускулы, на лице появилось суровое выражение.

— Ими займутся, предъявив соответствующее обвинение. Скорее всего, они попадут в тюрьму.

Лючия вздрогнула, сознавая, что приключение могло закончиться гораздо хуже, если бы она не пользовалась покровительством графа.

— Возможно, они искали способ развеять скуку и поразвлечься, — с пренебрежением промолвила Лючия.

Бруно сжал ее подбородок и приподнял так, что девушке пришлось смотреть ему прямо в глаза.

— Не забывайте, вы на Сицилии, — прошипел он.

Где-то внутри ее существа возникли неожиданные судороги, по коже пробежал озноб, часто и усиленно пульсировала на шее голубоватая жилка.

— Я очень сожалею… — начала она.