Хмельная страсть

Он попросил меня выйти, - и я послушно поплыла за дверь, не понимая, на каком свете нахожусь. Голова кружилась, а внутри только одно отдавалось пульсацией: он со мной! Он назвал меня своей!

Будто в дурмане, дождавшись, пока выйдет его посетитель, я вернулась обратно. Вернее, как будто что-то меня повело. Кажется, мое тело начинает жить от меня отдельно, полностью отдаваясь во власть стихии по имени Глеб! И я даже не против!

То, что последовало дальше, - разрыв, гром, лава вулкана и блаженство одновременно.

От его жадного поцелуя я буквально ощутила, как кровь в венах превращается в огонь. И его не погасить, не унять уже ничем. И единственная моя потребность, - на грани жизни и смерти, - в том, чтобы он заполнил меня, в том, чтобы стать его – полностью, без остатка, до самого края.

Все, на что я была способна, - только впиваться в него и задыхаться, чувствуя, что просто исчезну без его губ, без его рук, без него самого. Он стал моим кислородом, а я, кажется, совсем в нем растворилась…

Глеб отстранился, разрывая безумное наваждение.

Ничего не понимаю, - ведь только что он, кажется, был захвачен страстью не меньше, чем я!

- Не так. Не здесь. И не сейчас, - колоколом, оглушающим звоном застучали его слова у меня в ушах.

Он что-то говорил, но я не слышала, не понимала, - слова слились в какой-то странный шум. Ничего, кроме того, что он меня отвергает. Меня будто со всего размаху ударили по голове."

"Не видя ничего вокруг, как в плотно сгустившемся тумане, я на негнущихся ногах отправилась домой.

Кажется, играла какая-то мелодия, и, кажется, по дороге мне встретился Эд. Но все слилось в один гул, сквозь который звучали только слова Глеба.

Какая жуть! Какой позор! – мое лицо захлестывало огнем. Получается, я пришла, чтобы предложить себя ему, а он отправил меня обратно! О, Боже!

Хотелось спрятаться подальше. Залезть под одеяло с головой и больше из-под него не вылезать. В идеале – никогда. Можно было, конечно, поехать к себе и вообще больше никогда не видеть Глеба и не вспоминать о собственном позоре, но это было выше моих сил.

Он уже стал моим наркотиком, так въелся в сердце, что я просто не представляю, что могу проснуться и не знать, что он где-то рядом. Лучше уж все останется, как было. Пусть я снова буду ждать его по ночам, тревожась и ревнуя, но зато буду знать, что он рядом. Хотя бы рядом, даже если и не со мной. Хотя бы так.

Конечно, я понимаю, что все это не может длится вечно. Но пусть еще побудет.