Казнь без злого умысла

– Что-то случилось, Юрий Викторович? Нужна помощь? – спросила Инна.

– Вам удобно разговаривать?

– Да, вполне. Вы же ясно изложили свою просьбу позвонить, когда Петр Сергеевич меня отпустит. Я в машине, уже въехала в город. Если хотите, могу к вам подъехать, куда скажете.

– Мне нужно поговорить с вами. Но так, чтобы об этом знало как можно меньше людей. Так что давайте лучше я подъеду, куда вы скажете. Наверное, к вам домой неудобно?

– Ну что вы, почему неудобно? Мой муж…

– Инна, – мягко перебил ее Коротков, – я сам муж.

– В ночное время минут за десять можно доехать.

– Скажите мне адрес, я буду ждать вас возле дома. Надеюсь, что не задержу вас надолго.

– Хорошо.

Коротков записал адрес, похлопал себя по карманам, проверяя, на месте ли ключи от машины Егорова и оба мобильных телефона.

– Ну, все, Аська, благослови. Будем надеяться, что помощница у Ворожца вменяемая. Терпеть не могу, когда твоя собственная безопасность зависит от посторонних женщин! Сначала Лорик эта, теперь вот Инна… – посетовал он.

– Ты же сказал, что уверен в Ларисе, – заметила Настя.

– Я, конечно, постарался вести себя правильно, чтобы напугать ее ровно в меру. Думаю, что в ближайшие три-четыре дня она никому ничего не скажет. А вот дальше, когда она остынет, все обдумает и успокоится, гарантировать не могу.

"– А дальше нам и не нужно, мы в это время уже дома будем. Удачи тебе, Юраша. Буду тебя ждать в номере.

Коротков умчался, Настя позвала официантку, подписала счет и поднялась к себе. Надо чем-то себя занять, отвлечься, чтобы ожидание не было столь мучительным. Теперь, отправив Юру с вроде бы хорошо обдуманным и выстроенным планом разговора с Инной, она начала сомневаться и нервничать. Правильно ли они составили систему аргументов? Они оба исходили из того, что успели за несколько дней понять в характере этой женщины, но понять-то они сумели совсем немного.

Если можно что-то исправить в плане, то нужно делать это быстро, пока Коротков не встретился с Инной. А может быть, нужно было Насте самой поехать? Почему она решила, что лучше именно Короткову разговаривать с помощницей Петра Сергеевича? Потому, что слова мужчины воспринимаются обычно более серьезно.