Казнить нельзя помиловать

Понимаешь, у меня Танька дома, у Лехи жилплощадь не позволяет, Геныч тоже с соседями живет. Тут такие дела хреновые творятся...

С неохотой я сполз со своего дивана и, проклиная всех на свете, побрел в душ. Только-только человек ушел с головой в интеллектуальное чтение, как его опять во что-то втягивают. Какие такие плохие новости, я даже и не подумал. Не стану врать, будто перспектива увидеть Алекса меня совсем не порадовала. Но остальных вчерашних собутыльников, Артема этого... Он что, уже узнал чего-нибудь, или так, спьяну похвалялся? Еще ведь не понедельник!

Минут через сорок в дверь позвонили.

Я открыл. Они стояли на пороге. Трое. Артема не было. Олег с Генычем возбужденные, красные и сердитые. С утра, значит, опять пили. Леха трезвый, свежий, ясный, но вчерашняя ослепительная улыбка что-то потухла.

- Стаканы давай, - потребовал Олег, извлекая из-за пазухи ""Смирнова"".

Я принес из кухни четыре стакана и табуретку - ту из двух, которая меньше шаталась. Олег плюхнулся на диван. Алекс расположился поперек кресла, привалившись спиной к одной ручке и перекинув ноги через другую.

Гена стоял у окна и осторожно, боком, выглядывал из-за шторы на улицу.

- Вы что, хвоста привести боялись? - удивился я. - Что вообще случилось?

- Артем помер, - сказал Гена, поворачиваясь к нам.

В детстве мое воображение пленяли персонажи, реагирующие на плохие новости с ""нечеловеческим хладнокровием"", которые ""бровью не вели"", в чьих лицах ""ни один мускул не дрогнет"". Помню, упражнялся перед зеркалом, отрабатывая нужную степень равнодушия, так что это вошло в привычку.

А может, мне просто хотелось щегольнуть перед Лехой своей невозмутимостью. Ну, пижон, пижон, что делать. Поэтому я сказал:

- Любопытно... Можно немного поподробнее?

Алекс взглянул на меня, как будто сдерживая понимающую улыбку. Олег одним духом выпил свою водку. Гена с раздражением повторил:

- Замочили его, вот какие подробности.

- И Савельева тоже, - добавил Леха почти весело. Казалось, ситуация его возбуждает не без приятности, и он сейчас тоже скажет ""Любопытно.

..""

Опустошая стакан за стаканом, Гена поведал следующее. Вчера вечером он и Артем, как известно, ушли вместе, и у них возникло желание продолжить дискуссию в каком-нибудь баре. Прописка у них в полном порядке, да у Артема партбилет, так что можно было куролесить всю ночь без особых опасений. Когда они переходили Чертановскую в двух трамвайных остановках от моего дома, Артем попал под машину и через несколько минут скончался.