Каждый твой вздох

Уайатту с самого начала было ясно, кто я, и, услышав, что Эвана со мной нет, он из кожи вон вылез, чтобы затащить меня в постель.

Она немного подождала, пока до Грея полностью дойдет сказанное, прежде чем с грустным смехом добавить:

– Только месть получилась более жестокой, чем он рассчитывал. Мы с Эваном разошлись, и я беременна от Митчела.

– Но чем могут вам помочь собранные материалы?

– Мне нужно побольше узнать о нем, чтобы понять, почему он пошел на такую подлость. И если мне это удастся, надеюсь, я смогу его простить и полюбить своего ребенка.

Грей Эллиот внимательно рассматривал потолок, и Кейт затаила дыхание.

Наконец он посмотрел ей в глаза:

– Уильям Уайатт потратил целое состояние на частных детективов, потому что хотел узнать все, что возможно, о младшем брате, которого убрали с глаз долой, отослав в Европу и предоставив самостоятельно пробивать себе дорогу.

Поднявшись, Грей подошел к встроенному деревянному шкафу, откуда вытащил толстую папку.

– Формально, – объявил он, выкладывая досье на стол для совещаний, – эти документы не зарегистрированы и не имеют отношения к нашим материалам, так что я не обязан соблюдать конфиденциальность. И не вижу причин, почему бы вам не посидеть одной и не просмотреть папку, пока я буду обедать.

Любая эмоция, даже облегчение, легко вызывала слезы на глазах у Кейт.

– Спасибо вам, – тихо прошептала она.

Грей вздрогнул, как от озноба, и, вернувшись к шкафу, достал охапку папок потоньше, которые выложил рядом с первой.

– А вот это строго секретно, – добавил он с многозначительной улыбкой. – Я вернусь через час.

– Мисс Донован все еще в кабинете, – сообщила секретарь.

Грей кивнул, открыл дверь и заглянул в комнату. Кейт была так погружена в чтение, что даже не заметила его возвращения.

– Через двадцать минут у меня совещание, ну а пока время еще есть, мисс Донован.

– Спасибо, – кивнула она и немедленно углубилась в чтение.

Грей подвинул к себе блокнот и стал набрасывать повестку совещания, то и дело поглядывая в сторону Кейт. Через десять минут он сдался, отложил ручку и стал открыто за ней наблюдать.