Казак в Аду

 — Казак уважительно толкнул подругу плечом в плечо, попытался встать, не смог и, плюнув на ржавые оковы, громко предложил: — Эй, бесы, выходи! Рубиться будем!

Из-за металлического шкафа с пузырёчками показалась маленькая чёрная лапка, размахивающая белым платком. Рахиль сдержанно повздыхала, что её не поймут и не простят, если она пойдёт на консенсус с террористами-антисемитами, но, с другой стороны, они и без того в Аду, так куда уж дальше их запихивать. Это было очень непривычное проявление миролюбия…"

"Буквально какие-то пятнадцать минут спустя в чистенькой, неразгромленной лаборатории прямо на операционно-разделочном столе была постелена чистая простыночка, разложены консервы, фрукты, хлеб, ёмкость разведённого медицинского спирта, маринованные огурчики и горсть поплющенных карамелек.

— Продукты у нас есть, — гостеприимно суетился толстый Ганс, услужливо пододвигая Рахили гинекологическое кресло, — Док всегда заботится, чтобы пациенты служили науке долго.

— Ваня, таки если я их убью после ужина, оно уже будет компромиссом?

— Будет, — уверенно кивнул казак и шёпотом добавил на ухо Доку: — Не беспокойтесь, сытая, она резко добреет…

— Дрессура, — понимающе отметил начальствующий бес. И учитывая, что его помощник полностью переключился на прокорм еврейской вечно голодной девочки, завязал концептуально-познавательный диспут с господином Кочуевым. Из почтения к русским интеллигентским традициям вопросы и ответы щедро поливались маленькими порциями спирта, по полмензурки на выдохе, огурчик следом, и главное — уважение к оппоненту…

— Мне странна ваша позиция, драгоценный мой Иван Степанович! При всём моём исключительном восхищении вами, как глобально мыслящей личностью, я всё же вынужден отметить несколько навязчивую упёртость (прошу прощения за вульгаризм!) в вопросе сохранения человечества как вида…

— Зарублю же, дубина инопланетная! Ну что, за здоровье?

— За здоровье и взаимопонимание! Я хочу спросить, неужели вы всерьёз отрицаете явный провал этого непродуманного эксперимента по заселению вашей планеты человеческими особями? Дзынь!

— Ещё налей, не доводи до греха.

— За неё, р-родимую! Так вот, В-ваня, согласитесь, если в чисто теологическом диспуте я б-буду перечислять минусы человечества, а вы — п-плюсы, кто устанет первым? Хто, я вас спрашиваю, а?!

— Ты тока закусывать не забывай.