Каспар Фрай (авторский сборник)

На врытом посреди дворика столбе висел привязанный за ногу оборванец, который дергался, как муха в паутине, исторгая слезные просьбы отпустить его.

Заметив Каспара, орк воткнул нож с жаркое и бросился к дорогому гостю.

– Ваша милость, какая радость для меня! – Он со всей сердечностью прижал Каспара к засаленной жилетке.

– Полегче, ты же меня раздавишь, – пробормотал гость, с трудом высвобождаясь из объятий Углука.

– Не желаете свининки? – радостно предложил орк. – Есть вино и пиво!

– Ничего не нужно, спасибо!

– Отпустите меня, господин орк! – снова загнусавил оборванец.

– Это кто у тебя?

– Воришка, сегодня ночью попался.

– А чего ты его не пришиб?

– У меня костей и мусору скопилось пропасть, должен же кто-то их убрать. – Орк указал мослом в угол двора, где действительно были свалены в кучу кости от недавних пиршеств. Еда для Углука являлась тем, что примиряло его с этим миром. Он мог съесть любое количество пищи, чем завоевал симпатии Генриетты, угощавшей однажды орка обедом.

Все трактирщики города искали его расположения, неизменно приглашая на дегустации колбас и шпика, ибо, если еда Углуку нравилась, он покупал целиком жареную свинью или пару баранов.

– Ну так пусть убирает, – сказал Каспар, невольно поеживаясь при виде голых рук и перепачканного свиным жиром оголенного орочьего пуза.

– Пусть убирает, – пожал плечами Углук и, не переставая глодать мосол, метнул нож, который воткнулся в столб, перерубив веревку. Освобожденный воришка ударился головой о землю и свалился на бок.

– Похоже, он шею свернул, – предположил Каспар.

– Это едва ли, я это породу изучил – живучие, как гоблины. Сейчас оклемается.

И действительно, вор дернул ногой, потом рукой и приподнял голову:

– Спасибо, господин орк!

– Давай, складывай кости в мешки и поторопись, а то я голодный сегодня очень – доем свинью и за тебя примусь.

– А… а разве господа орки едят людей? – спросил вор, обращаясь скорее к Каспару.

– Людей нет, а воров – частенько.

Поверил пленник или нет, но он живо кинулся к груде костей и начал засовывать их в лыковые мешки, в которых Углуку доставляли из трактиров жареные свиные туши.