Каспар Фрай (авторский сборник)

Как и рассчитывал Каспар, оставшиеся без руководителя разбойники растерялись. Они заметались по осыпи, размахивая мечами и о чем-то споря. Должно быть, одни хотели продолжать преследование, а другие предпочитали больше не рисковать.

Все закончилось тем, что от них прилетело несколько стрел, которые упали в воду далеко от плота.

– Ну что, прорвались? – спросил Углук, приподнимаясь из-за утыканного стрелами щита.

В этот момент на высоком обрыве появился темный силуэт. Ни Каспар, ни Аркуэнон не успели среагировать. Стрелок наскоро выстрелил из арбалета и скрылся.

Мессир Маноло тут же бросился к нему, а Каспар и Аркуэнон отчаянно вертели головами, пытаясь обнаружить источник опасности, ведь стрелок с таким мощным оружием мог перебить их всех. Однако на обрыве уже никого не было.

– Ты что-нибудь видишь, Аркуэнон? – спросил Каспар.

– Нет, ничего не вижу… Его уже нет, но он появится позже – я в этом уверен. Нам придется быть настороже.

Бертрану было совсем плохо. Он истекал кровью, но выдернуть из раны болт было невозможно. На его наконечнике была та же односторонняя насечка, что и на стрелах. Кроме того, болт, пробив прикрывавшую спину стальную пластину, словно гвоздем пришил ее к телу Бертрана, и это осложняло положение.

К счастью, среди инструментов Фундинула оказались и специальные ножницы по металлу. Закусив губу, гном приступил к разрезанию доспехов. Он старался действовать аккуратно, но торчавший из раны болт все равно раскачивался.

– Как он? – спросил Каспар.

Он по-прежнему стоял, изготовившись для стрельбы и поглядывая на обрыв.

– Плохо дело. Нужно либо глубоко резать, либо проткнуть болт дальше и вытащить с другой стороны. Но это тоже невозможно – он заденет печень.

– Что же делать? Дадим Бертрану умереть?

– Я попробую сдвинуть его печень.

– Как это?

– Я поговорю с ней. Иногда это помогает.

– Хорошо, мессир, делайте, что посчитаете нужным. Если все оставить как есть, ему не выжить.

Мессир Маноло устроился рядом с раненым и, прикрыв глаза, стал что-то нашептывать, слегка раскачиваясь.

Остальные отупело ждали, однако мало кто верил в положительный исход. Слишком уж плохо выглядел Бертран. Его кожа посерела, а дыхание надолго прерывалось.

Неизвестно, сколько прошло времени. Плот продолжал двигаться по прямой, река здесь не делала поворотов.