Каспар Фрай (авторский сборник)

– Только не в утренние часы.

– Ну что же, тогда я прямо сейчас отправлюсь на разведку, – сказал Фундинул и спрыгнул с высокого стула. – Я уже два раза спускался во двор и знаю, где конюшня.

– Тогда вперед, – сказал ему Каспар. – А вы, мессир, если это возможно, отмерьте мне долю лекарства, что давали в прошлый раз.

– Хорошо, Каспар, все необходимое я приготовлю, – пообещал мессир Маноло.

99

Примерно через час после парадного ужина, столь же сытного и изысканного, как и обед, собрались в апартаментах Каспара.

Фундинул доложил о своих успехах. Лошадей он нашел, оказалось, они находятся в самых дальних стойлах, их состояние, по мнению гнома, было хорошим. Седла лежали неподалеку.

– Никто тебя ни о чем не спрашивал? – спросил Каспар.

– Да приставали, конечно, конюхи. Говорили: ты чей? А я сказал, что моего господина. Что он о своей лошадке беспокоится и меня послал поглядеть. Они спросили, как выглядит та лошадка, а я сказал, что если увижу, то узнаю, но рассказать не смогу. Они досмеялись и ушли.

После отчета Фундинула все приступили к плетению веревок. Для этого разрезали простыни на ленты, ленты скручивали в жгуты, а затем из трех жгутов свивали куски веревки, которые связывали один с другим.

Апартаменты гостей находились на четвертом этаже, и при высоких потолках веревки требовалось много. Пришлось потратить на это все простыни.

Когда к вечеру пришли горничные, чтобы разобрать для господ постели, все отказались, сказав, что собираются до поздней ночи пить вино.

Горничные ушли.

Каспар еще раз обсудил с бойцами весь план и распустил их по своим комнатам, поскольку ждал курьера от графини.

Вскоре курьер появился, но это оказалась всего лишь улыбчивая горничная, посвященная в тайны своей госпожи.

– Я провожу вас к ее сиятельству, как только вы будете готовы, – сказала она.

– Я уже готов, – ответил Каспар, поднимаясь со стула.

А сверточек с лекарством мессира Маноло уже лежал в кармане кожаных штанов.

Как оказалось, в столь большом и запутанном замке имелись потайные ходы, которыми могли пользоваться те, кто знал об их существовании, или те, кто имел на это право.