Картина без Иосифа

По долгому опыту общения с кошками она знала, насколько они гипервосприимчивы к изменениям в своем окружении, поэтому немного расслабилась, уверенная, что Панкин немедленно сообщит ей, если снаружи появится нечто, чего ей следует опасаться.

Прямо за окном росла старая липа, она скрипела от ветра. Мэгги прислушалась. Ветви скреблись в стекло. Возле морщинистого ствола раздался какой-то новый шорох. Это всего лишь ветер, сказала себе Мэгги, но только она подумала об этом, как Панкин дал сигнал — что-то неладно. Он встал на лапы и изогнул дугой спину.

"Сердце Мэгги испуганно ёкнуло. Панкин метнулся с подоконника на ковер и выскочил в дверь стремительной оранжевой полосой, прежде чем Мэгги успела сообразить, что кто-то залез на дерево.

А потом было слишком поздно. Она услыхала мягкий удар тела, прыгнувшего на шиферную крышу дома. Последовал тихий шум шагов. Кто-то тихонько постучал по стеклу.

Странно. Насколько ей было известно, взломщики не объявляют о себе. Хотя, может, они пытаются выяснить, есть ли кто дома.

Ей захотелось крикнуть — эй, вы ошиблись, вам не сюда, вам нужен Холл, верно? Вместо этого она положила альбом с вырезками на пол у кровати, а сама скользнула вдоль стены в глубокую тень. Ее ладони зудели, живот подвело. Ей захотелось больше чем когда-нибудь громко закричать, позвать маму, но это было бессмысленно. Через минуту она уже была рада, что промолчала.

— Мэгги? Ты там? — услышала она осторожный голос. — Открой, пожалуйста. Я уже задницу себе отморозил.

Ник! Мэгги метнулась через комнату. Ник сидел на крыше возле мансардного окна и улыбался; его шелковистые черные волосы падали на щеки. Она стала возиться с запором. Ник, Ник, думала она. Но только хотела поднять оконную раму, как в ее ушах раздался голос мамы: «Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь еще раз оставалась наедине с Ником Уэром. Ясно тебе, Маргарет Джейн? И больше ни слова об этом.

Пальцы ее остановились.

— Мэгги! — прошептал Ник. — Пусти меня! Холодно.

Она дала слово. Во время их ссоры мама едва не заплакала, и при виде ее покрасневших глаз, стыдясь своего поведения и своих резких слов, она выдавила из себя это обещание, не подумав о том, как трудно будет его выполнить.

— Не могу, — сказала она.

— Что?

— Ник. Мамы нет дома. Она уехала в деревню с мистером Шефердом. Я обещала ей…

Он расплылся в улыбке:

— Здорово. Классно.