Карим. Против воли

Он попытался схватить меня за руку чуть выше локтя, но я увернулась, вызывая на мужском лице явное удивление.

— Никуда я с тобой не пойду.

— Значит так?!

— Так.

— Люба, когда же ты повзрослеешь? — ухмыльнулся и, почесав рукой колючую щетину на своём подбородке, всё-таки схватил меня за руку.

— Карим! — громко воскликнула я, из-за чего обернулись прохожие. — Не трогай меня. Я сама в состоянии дойти до машины.

Я добровольно уселась на пассажирское сиденье и принялась ждать, когда мужчина займёт водительское место.

Но Карим не спешил. Возился возле багажника, доставая какие-то вещи. Я наблюдала за ним в зеркало заднего вида и ничего не могла понять. Что происходит? Чего он там застрял?

— Это тебе. Решил сразу отдать, чтобы случайно не забыть, — Карим передал мне несколько небольших пакетов и, плюхнувшись на кресло, потянулся рукой к ключу зажигания.

— Что это?

— Открой и сама всё увидишь.

Я звучно цокнула языком и закатила глаза вверх, показывая всем видом, как меня раздражает подобная ситуация.

Заглядывать в пакеты не очень-то и хотелось, но он ждал. Бросал в мою сторону беглый взгляд и говорил: ""Разве не интересно?"". Пришлось открыть каждый пакет и немало удивиться.

— Не понимаю. Зачем мне столько купальников и прочего пляжного барахла?

— Я не знал, что тебе нравится, поэтому решил купить с запасом. На всякий случай.

— Прекрасно. Ты угадал и даже размер мой. Только один вопрос: зачем мне эти шмотки?

— Не поняла?

— Нет. Я, как бы тебе правильно сказать, не умею читать мысли.

Не ясновидящая, извини.

— Ясновидящая, — повторил за мной Карим, глотая смешок. — Через три дня мы летим в свадебное путешествие, поэтому, я подумал, что тебе понадобится купальник.

— Свадебное путешествие? Купальник? Карим, ты в своём уме, а?

— В своём. У нас же не было медового месяца, ведь так?

— Это к лучшему. Всё равно брак ненастоящий, — буркнула себе под нос.

Мы подъехали к пиццерии. Припарковавшись в специальном кармане, Карим заглушил мотор автомобиля.

Развернулся корпусом в мою сторону и, не спрашивая разрешения, неожиданно схватил рукой за затылок, а затем впился в губы глубоким поцелуем. Прикусив кожу, заставил открыть рот и, пользуясь моментом, загнал язык внутрь. Я сопротивлялась первые секунды, а затем сдалась. Обмякла в его объятиях, как тряпичная кукла, позволяя углублять поцелуй ещё больше. Его колючая щетина царапала кожу, а руки блуждали по спине, плечам.

— Я скучаю, душа моя, — шумно выдохнул.