Карим. Против воли

Сейчас, моя хорошая, — отозвался женский голос и уже буквально через минуту тёплые ладони обхватили мой затылок, слегка приподнимая его вверх, а линии рта коснулся стакан. — Пей. По чуть-чуть. Не спеши.

Я закашлялась, сделав большой глоток воды. Глубоко вдохнула. Выдохнула и снова припала губами к стакану. Мелкие струи стекали по моему подбородку и шеи, поэтому я не могла напиться. Хотела, но не получилось. Дрожащие губы и ватный язык совсем не подчинялись.

— Достаточно для первого раза, — у меня отобрали стакан с водой и бережно уложили мою голову на подушку.

 — Как ты себя чувствуешь?

— Пло-хо.

— Болит? — дрогнул женский голос, и я еле заметно кивнула головой. — Потерпи, деточка, сейчас придёт дед Иван и сделает тебе укол.

Я хотела спросить, кто такой дед Иван и какой укол мне собираются делать, но не смогла. Женщина приложила к моим губам палец со словами: «Не трать силы. Просто лежи. Дед Иван — мой муж. Он очень хороший человек. Он спас тебя, доченька».

***

В тот роковой день, когда пропала Люба, Карим едва не убил собственного дядю.

Схватил старика за шею и принялся сжимать пальцами, что есть силы. Вагиф хрипел и задыхался, но каким-то чудом умудрился взять лежащий рядом ночник, который Карим бросил на кровать в порыве гнева, и стукнуть им племянника прямо в лицо. Карим и опомниться не успел, как из рассеченной раны побежала тёплая струйка крови. Она затуманила взгляд и ослабила тиски его пальцев на шее старика. Одной небольшой заминки было достаточно, чтобы Вагиф остался в живых, потому что уже через несколько секунд в спальню ворвалась охрана. Трое рослых мужиков скрутили Карима в бараний рог и нанесли череду мощных ударов, заставляя упасть на колени.

— Достаточно, — произнёс Вагиф, поднимая руку вверх. — Выйдите. Я хочу поговорить.

— Но, хозяин, — возмутился один из охранников. — Вас же только что хотели убить!

— Вон. Я сказал, все вон! — крикнул Вагиф и рослые мужики подчинились. Вышли из спальни, оставляя родственников наедине.

Вагиф поднялся с кровати. Пригладил ладонью растрепанные волосы и сделал несколько шагов на встречу племяннику. Окинул хмурым взглядом сверху-вниз и недовольно закивал головой:

— Ах, Карим, ах, ты совсем сошёл с ума с этой девкой.

— Закройся, — отозвался Карим, поднимаясь на ноги.

— Вот. Смотри. Ты хотел убить собственного дядю. Человека, заменившего тебе отца, и всё ради кого? Какой-то малолетней девицы?"

"— Вагиф, — предупреждающе фыркнул Карим.