Нечаянное счастье для попаданки, или Бабушка снова девушка

А ведь предвкушение и азарт графа передались и мне! И я с замиранием сердца наблюдала, как дракон встал, расправил крылья и как-то странно ими замахал, поднимая облака пыли. Потом коротко разбежался, подпрыгнул и уже мощно замахал крыльями, поднимая нас в небо.

И если поначалу я только и могла, что, вцепившись в специальные поручни седла сидеть с закрытыми глазами, то потом не выдержала, распахнула их и чуть не задохнулась от восторга: бескрайнее голубое небо над головой, такие же бескрайние просторы внизу, мощный зверь, несущий нас на спине, и непередаваемое ощущение свободы! Не уверена, что это были только мои эмоции, но они переполняли все мое существо.

Не выдержав распиравших меня эмоций, я, неожиданно для самой себя закричала:

— Йо-ху-у-у!

Всегда мечтала прыгнуть с парашюта, но сначала не было возможности и средств, потом поутихло желание, а потом и пенсия подкралась. Куда уж тут грезить о небе? Тут бы со своей тахикардией на земле справиться. Но… Мечты, оказывается, иногда сбываются в очень интересной интерпретации!

Граф, широко улыбаясь, обернулся и подхватил мой клич, а затем затрубил и сам дракон, заставив меня немало струхнуть, а потом расхохотаться.

И в этот момент я поняла: пусть я не имею дара наездника, пусть та еще трусиха, но я буду летать на драконах! Да я готова работать на графа бесплатно, лишь бы снова ощутить все это!

— Граф, это потрясающе! — завопила я во все горло и снова увидела его белозубую улыбку.

Несколько минут мы летели, наслаждаясь видами и полетом, а потом я почувствовала нечто странное.

Я мотнула головой, не понимая, что происходит. А потом до меня дошло:

— Граф, Хонору болит живот!

— Что?

— Хонору плохо, но он не хочет признаваться! — сумела я разобраться в обрушившихся на меня эмоциях дракона. — Думает, что сейчас все пройдет, но ему становится хуже!

Граф обернулся и посмотрел на меня. За линзами его гоглов я не могла разглядеть выражения его глаз, но ощутила его недоверие.

— Точно вам говорю! Хонора можете не спрашивать! Он уперся и до последнего не признается! Гордый! — прокричала я, чтобы граф меня услышал.

Он кивнул и направил дракона вниз. Уже на подлете к земле я почувствовала дикую резь в животе и застонала. Хонор взревел и, плохо себя контролируя, взмыл вверх.

«Это не моя боль, не моя!» — пришлось повторить себе несколько раз прежде, чем удалось взять себя в руки.