Канарейка

Так о ступени приложиться. Хорошо ещё не сильно далеко укатилась. Услыхали, как стонешь. То крику было, то крику... Ладно, заболтала ты меня. Спи давай.

Какой тут спи. За день так бока отлежала, что ночью - хоть глаз коли. Сон не шёл категорически. А раз уж меня тут на ключ не запирали - видимо, в голову не приходило, что после всего случившегося, вообще возможно ослушаться, то решила воспользоваться ситуацией и пошариться по коридорам - хоть глянуть, как тут всё устроено.

Опять же, мысль о подвале не давала покоя.

Что-то ведь хотела там Лира отыскать? По крайней мере, надеюсь, что эта вылазка не являлась банальным девичьим любопытством.

Марта ушла, попутно задувая свечи в коридоре. Прихватив чахлый огарок, что имелся в моей комнате, прошмыгнула за дверь. Двигаться пришлось медленно, бдительно послеживая, чтобы огонёк не потух."

"Влево от меня находилась кухня, кладовая и что-то вроде прачечной. Очевидно, для зимнего времени года. Сейчас же, когда тепло, стирались прямо на берегу.

И то верно - потаскай-ка эту воду с реки. Дальше - выход на улицу. Я туда не пошла, и так уже видела, пока бегала купаться. Правее располагались ещё одна большая комната, похожая на мою, только кроватей  с соломенными тюфяками в ней было много. Больничная часть? А меня, значит, в одиночку посадили.

Дальше коридор упирался в ещё одну дверь и делал поворот влево. И вот оттуда ещё доносились слабые звуки жизни, из щели на пол пробивался слабый свет. Сделала пару шагов, прижалась к стене, в любой момент готовая задуть свечу, и прислушалась.

До ушей донеслось мурлыканье Марты. Очень тихо, но точно - она.

Ага, понятно, помещения для людей, обслуживающих жителей монастыря. А вот интересно, она ведь не церковнослужитель? Да нет. Точно нет. А жить при монастыре дозволяют. Так бывает? Ладно, не так оно и важно.

-Главное, чтобы тётка меня не заметила, а то точно шею намылит.- сердить союзницу совершенно не хотелось.

Вернулась к двери на углу и потянула за ручку.

Не поддалась. Дёрнула чуть сильнее, и тут раздался такой скрип, что у меня зубы свело. Казалось, слышно было на весь монастырь. Или мне со страху так померещилось?

Пение прекратилось:

- Донна, ты, чтоль, там бродишь? Чего неймётся-то?

А я уже тихо, как шерстяной клубок, кубарем влетала в свою комнату и запрыгивала под одеяло. Прямо с потухшей, но ещё горячей свечкой в руках. Теперь вот заделье на утро будет - воск отскребать.