Камердинер, который любил меня

Ты даже не представляешь!

Девушка покачала головой, явно ожидая сочувствия, и Марианна решилась задать в высшей степени неприличный вопрос:

– Миледи, надеюсь, вы не сочтете меня дерзкой, но не знаете ли вы имя лорда Беллингема?

Леди Вильгельмина нахмурилась, поморгала, потом проговорила:

– Странно, что ты это спрашиваешь. Мне кажется, его имя Бомонт, но друзья вроде бы зовут его Белл, от «Беллингем». Да, он Бомонт Белхем, маркиз Беллингем.

Марианна постаралась сдержать волнение.

– Вы сказали «Белл»? – Она переспросила только для того, чтобы от избытка чувств не рухнуть на пол, и приложила максимум усилий, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри у нее все дрожало.

Леди Вильгельмина, вздохнув, ответила:

– Да, но знаю я это лишь потому, что мама вбила мне это имя в голову вместе с дюжиной других в самом начале сезона. Просто он один из самых завидных женихов в Лондоне.

Марианна кивнула. Ей очень не хотелось вызывать подозрений у хозяйки, но леди Вильгельмина, похоже, была сегодня в настроении, поэтому все же рискнула спросить:

– А вам что-нибудь известно о нем? Я имею в виду лорда Беллингема?

Как ни старалась Марианна говорить спокойно, это оказалось выше ее сил: голос срывался, – и хозяйка подозрительно нахмурилась:

– А что это тебя так заинтересовал маркиз Беллингем?

Марианна понимала, что ведет себя странно для прислуги, да и не стала бы задавать подобные вопросы никому, кроме леди Вильгельмины: это непременно вызвало бы подозрения.

– Просто любопытно: возможно, я видела его среди слуг.

– Да, может быть. – Леди Вильгельмина тронула изящным пальчиком щеку, явно не имея ничего против продолжения разговора, тем более что теперь видела в нем выгоду для себя. – Вроде бы среди дам ходили слухи, что он то ли секретный агент, то ли, боже упаси, сотрудник военного министерства. Разумеется, я не верю подобной чепухе. С какой стати маркиз станет работать на какое-то министерство? Он же маркиз; зачем ему вообще работать?

Марианна судорожно вздохнула и, помолчав, чтобы голос не дрожал, спросила:

– А… как он выглядит, миледи?

– О! – Леди Вильгельмина оживилась.

Никак не выдав своих эмоций – разве что дыхание немного участилось, Марианна поклонилась и повесила платье в шкаф.