Камень. Книга 3

 — Мне кажется, здесь только я один вас и не боюсь. Исключая Романовых, понятно.

Пафнутьев окинул взглядом зал.

— Значит, неплохо работаем, Алексей Александрович. Я бы даже сказал, хорошо … — довольно протянул он. — Не зря, как говориться, свой хлеб едим. Мы пойдём, а вы развлекайтесь, Алексей Александрович.

И действительно, мне пришлось развлекаться дальше — родичи, возглавляемые Императрицей, как налетели, как налетели!.. Тем более, что официоз закончился, и элита Российской Империи начала свободно перемещаться по Георгиевскому залу.

После того, как родичи оставили меня в покое, подошли Пожарские.

— Ну, твоё Императорское Высочество, теперь я за тебя спокоен! — заявил мне дед."

"— Сбагрил меня на Романовых, пусть они теперь со мной мучаются? — не удержался я.

— Точно! — выдохнул он. — Именно об этом я и мечтал с самого твоего рождения! — дед нахмурился. — Как тебе не стыдно, Лёшка, такое говорить?

— Дед, я же не серьезно! Ты чего?

— Ладно, пошутили, и хватит. — он улыбнулся.

 — Давай-ка на следующей неделе у нас отметим сегодняшнее событие? Можем и мы к тебе?.. Заодно хоромы твои оценим?

— Договорились. — кивнул я. — Мой дом — ваш дом, деда.

А дальше мы вместе с отцом стали ходить по залу от одной компании аристократов к другой. Князья и Наследники уже оправились от «знакомства», и во время общения не особо напрягались. Это же самое касалось и чиновников. Долгорукие, Шереметьевы и Юсуповы даже умудрились «доложить» Цесаревичу о моей дружбе с их младшими родичами, и даже выразили надежду на то, что эта дружба со временем будет только крепнуть.

Слава богу, что они не стали прямо там предлагать мне своих девушек в качестве жён! Особенно я этого боялся от Юсупова, но он, к счастью, уже успел ещё принять «на грудь», и был весел и доволен жизнью.

Наконец, приём подошел к концу, мы с Императором и Цесаревичем проводили приглашенных, еще раз выслушав их заверения в безмерном уважении всего Императорского Рода и меня, в частности.

— Пойдем, Алексей. — сказал мне царственный дед. — Надо поговорить.

Я кивнул, и мы вышли из Георгиевского зала. За нами последовал и отец. Пройдя по красивым коридорам Большого Кремлевского дворца в другое его крыло, мы оказались перед массивными дверьми, которые перед нами распахнули два Дворцовых. Как я понял, это была приёмная Императора, представлявшая собой огромную комнату, заставленную по стенам шкафами и стульями с диванами.