Камень. Книга 3

— Мы в Кремлёвской больнице, и тебя сюда никто не пустит, сама же знаешь.

— Сделай мне пропуск, Прохор! — буквально потребовала она. — И на Леську тоже, пока она не уехала!

Молчание в трубке длилось довольно продолжительное время.

— Хорошо, Вика, я постараюсь что-нибудь сделать. — пообещал Белобородов.

— Спасибо, Прохор! — поблагодарила его девушка.

И сразу же стала набирать певицу.

— Леська, Алексей в больнице. — сказала Вика, услышав «Алло».

— Как в больнице? — не сразу поняла та.

— В Кремлёвской больнице.

Лесь, я не могу тебе рассказать всех подробностей, просто не имею права. Прохор с Лёшкой, говорит, он в кому впал.

— Как в кому? — в голосе певицы отчётливо прорезались истерические нотки. — Это ведь всё как-то связано с «блестящим освобождением школьников», о котором трубят все СМИ? — Вика промолчала. — Я звоню отцу. — Леся сбросила вызов.

Перезвонила она через десять минут:

— Отец обещал договориться о нашем с тобой посещении Алексея. — голос Леси был уже более или менее спокойным.

 — Сказал ещё, что с Алексеем будет всё в порядке, и чтобы мы себя не накручивали. Будем на связи. Договорились?

— Договорились. — чуть успокоилась и Вяземская.

Вскоре к ней начали подходить с рапортами и девушки. Указывая им на недостатки, Вика отправляла их переписывать бумаги. Решетова не стала исключением, но, выходя, замялась и попыталась что-то спросить, но осеклась на полуслове, развернулась и вышла из кабинета. К пяти вечера на столе у Смолова лежали рапорты от всех сотрудников подразделения.

Приехавший злой полковник Орлов мельком ознакомился с бумагами, никак не прокомментировал участие в операции Камня, опустил всех по домам отдыхать, а сам заперся у себя в кабинете.

Только Вяземская выехала с базы, позвонила Алексия:

— Приезжай в Кремль, папа договорился, нас пропустят.

* * *— Прохор, полный отчёт! А то Государь мне очень кратко ситуацию описал… — расстроенный князь Пожарский вышел от внука."

"На Лебедева он даже не посмотрел, хотя знал его прекрасно ещё с довоенных времён по некоторым совместным операциям армии и Тайной канцелярии.

Да и сам командир подразделения «Тайга» при появлении князя Пожарского старался не попадаться тому на глаза, зная крутой нрав генерала.

Прохор, по-военному кратко, останавливаясь только на ключевых моментах, доложил Главе Рода Пожарских о ходе операции по освобождению заложников и той роли, которую в ней сыграл Алексей, после чего покосился на стоящего скромно в уголке Лебедева.