Камень. Книга 3

Не в таких масштабах, понятно, но всё же. Столько оригинальных решений! А как камни обыграны! Посмотри. — он указал мне на обычный пригорок, вокруг которого в хаотичном порядке были навалены здоровенные валуны светло-жёлтого оттенка.

— Ага… — кивнул я. — Очень красиво. — хотя никакой особой красоты там не замечал, валуны как валуны, пригорок как пригорок… — Конечно, Саша, обратно пешком пойдём, у тебя будет время насладиться пейзажами в полной мере. Да и потом, как-нибудь, отдельно можно приехать, погулять…

— Это было бы здорово! — кивнул Петров.

Ладно, это я к Сашке давно привык, та же самая Кристина в таком его поведении явно ничего странного не замечает. Те же самые Инга, Наталья, Анна и Мария, не говоря уж про Варвару, вообще бы сейчас искренне умилились. А как быть с остальным приземлённым Светом? Нет же никакой гарантии, что они отнесутся адекватно к подобному поведению художника. И плевать им будет на портреты какого-то там князя Пожарского, или Великой княжны Марии. Остаётся одно — первое время на разных мероприятиях Света держать Петрова поближе к себе, может и обойдётся всё без рукоприкладства.

Оба моих деда обнаружились на одной из дорожек, шедшей вдоль забора, разделявшего поместья Романовых и Пожарских. Безопасность Императора обеспечивал с десяток Дворцовых, расположившихся по краям воображаемого прямоугольника с условным центром из охраняемой персоны. Мы с Петровым вылезли из гольф-мобиля и направились к Императору и Главе Рода Пожарских.

"— Сашка, не переживай, всё будет хорошо. — подбодрил я оробевшего и ставшего вдруг отставать друга.

— Постараюсь. — кивнул он, и догнал меня.

Мои родичи нас заметили тоже и не торопясь направились навстречу.

— Добрый день, Государь. Добрый день, Михаил Николаевич. — поздоровался я с ними и пожал протянутые руки, обратив внимание на ещё более посвежевший цвет лица царственного деда.

— Добрый день, Алексей. — улыбаясь, сказал Император, а князь Пожарский просто кивнул. — Представь нам молодого человека.

— Александр Петров, — повернулся я к бледному Сашке, — мой близкий друг и замечательный художник.

— Наслышан о ваших талантах, Александр, наслышан. — Император протянул руку, которую Петров судорожно пожал. — И от внука, и от Михаила Николаевича.

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество! — у Сашки чуть голос не сорвался. — Здравствуйте, Михаил Николаевич!

— Здравствуй, Александр. — князь Пожарский тоже обменялся с Петровым рукопожатием.