Навязанная жена

Глава 5

– Ты не хочешь принимать решение! – бушует Дада после очередного дня, проведенного вместе. – Я поднес тебе на блюде эту должность и возможности, которые она дает, а ты вместо благодарности нос воротишь!

– Моя работа мне нравится, как ты не поймешь? – пытаюсь объяснить ему спокойным тоном. – Я сейчас зарабатываю в два раза больше."

"– И просираешь все это на баб и развлечения! Не думай, что я не знаю, какой образ жизни ты ведешь в Москве, Максуд. Тебе не двадцать лет, пора бы и повзрослеть! Сколько еще ты собираешься продолжать жить там? Или мне ждать, пока ты, как и мой идиот-сын, дашь окрутить себя какой-нибудь русской?

Я понимаю, почему он так упорствует, но не собираюсь гнуться под его волю, как остальные члены семьи.

– Я не хочу жить здесь, Дада, – заявляю твердо. – И я уже говорил тебе это. Сколько бы времени я не провел дома, моего решения это не изменит.

Он багровеет от гнева, сжимая кулаки и глядя на меня дикими глазами.

– Я воспитал неблагодарных детей! – орет он, сплевывая мне под ноги. – Что тебя, что Васима! Будь проклят тот день, когда я решил, что могу доверять вам и позволил выехать из дома! Иди, вали в свою Москву! И этому полудурку передай, чтобы отныне не смел звонить ни мне, ни своей матери. Вы оба меня разочаровали и я больше не хочу видеть ни одного из вас! Чтобы сегодня же ноги твоей не было в моем доме!

– Дада, – пытаюсь успокоить его, но он отмахивается от меня резким движением руки.

– Я все сказал, Максуд. Вы не нужны мне здесь, живите, как хотите. Отныне, я не несу перед вами никакой ответственности, как и вы передо мной.

Он выходит, не дав мне шанса даже слово вставить, и я со злостью пинаю кресло, потому что ненавижу расползающееся в груди чувство вины. Однако, он не заставит меня поступить по-своему. Я слишком хорошо знаю своего старшего брата и понимаю, что, когда угрозы не действуют, он переходит к манипулированию.

Иду в свою комнату, собрать вещи и заказать билет, благо самолеты летают каждый день. Дада слов на ветер не бросает и, если он говорит, что не хочет меня здесь больше видеть – значит так оно и есть. Однако, не проходит и двадцати минут, как он заходит ко мне, все такой же суровый и бескомпромиссный, сложив руки за спиной и не глядя мне в глаза.

– Зарина едет с тобой, – огорошивает меня внезапной новостью. – Пусть ее муж с ней разбирается.