Навязанная жена

Декоративная косметика у меня еще осталась, потому что дома я ею не пользуюсь, но на выход обязана выглядеть красиво, как и при приеме гостей, потому что на этом настаивает свекровь. Крашу губы, чтобы она не заметила съеденную за обедом помаду, и проверяю время на телефоне. У меня был порыв поблагодарить дядю за подарок, когда он сегодня спросил, пользуюсь ли я им, но мне не хотелось побуждать его к разговору.

– Привет.

Удивленно смотрю на остановившегося возле меня мужчину, пытаясь понять, кто это. Не иначе, как знакомый.

– Здравствуйте! – отвечаю вежливо, силясь вспомнить человека, который присаживается на соседнее кресло с таким видом, будто мы знакомы.

Он молод, не старше тридцати, и довольно симпатичен. Одет в дорогую одежду, на запястье часы, как у Дады. Явно из нашего круга. Может родственник Васима? У него много родни, я не всех запомнила, так как некоторых видела лишь однажды.

– Ты одна здесь?

– Нет, с дядей, – отвечаю я.

Мужчина осматривается.

– Он рядом?

– Да, в магазин зашел.

– Зачем? – удивляется он.

Я тушуюсь.

– Как тебя зовут, милая девушка? – переходит в наступление мой собеседник, и я с опозданием понимаю, что никакой это не знакомый, а просто парень, решивший познакомиться.

– Извините, я думала вы родственник моего мужа, – вежливо улыбаюсь ему. – Видимо, обозналась.

– Так ты замужем? – сникает он.

– Замужем, – отвечает за меня, вернувшийся Максуд. – Не повезло тебе, брат.

Тот встает и пожимает плечами с сожалеющей улыбкой.

– Не повезло. Что ж, счастливой семейной жизни!

Я боюсь, что Максуд может подумать, будто я флиртовала, но он не выглядит сердитым.

– Пойдем? – говорит обычным тоном и направляется вперед, неся в руках сумку с логотипом дорогого бренда.

Иду за ним, чувствуя, как горят щеки от смущения, и кляня себя за глупость. Со мной так давно никто не знакомился, что я не поняла, чего хочет этот парень. Как можно быть такой несообразительной?

– Не парься, к хорошеньким девушкам всегда подходят знакомиться в таких местах, – усмехается Максуд, видя мое состояние.

Я ничего не отвечаю, а когда мы подъезжаем к дому, сразу же бегу наверх – переодеваться, чтобы приступить к готовке. Свекровь ругает меня за задержку, но я этого ожидала, так что не принимаю близко к сердцу. Я вообще многое научилась пропускать мимо ушей, потому что объективностью ее речь и не пахнет, а переживать из-за того, что нельзя изменить – лишь гробить свои нервы и здоровье.