Изменить себя

Что? Он и про жаб знает, и про настойку?

- Я восхищён вашей стойкостью, принцесса, - он встал и поклонился. – И думаю, что всё случившееся – к лучшему. Если вы наденете этот камень – сможете убедиться.

Ну что, в ванну с жабами садилась, настойку пережила. Третий раз, да? Поверить?

Я надела на шею шнурок, и удивилась – веса камня не ощущалось. Как так?

- То, что надо, - сказал Ланселот.

- Именно так, - согласился советник.

Ланселот открыл окно и пригласил меня посмотреть в раскрытую створку. Там я отразилась почти как в зеркале.

И это была не я. Рост мой, все черты лица вроде мои. Но… нет.

- Лиза будет дочерью моего кузена Антония, - сказал советник.

- Это наш бывший начальник гвардии, которого я сменил три года назад, - пояснил Ланселот. – И мы все готовы относиться с уважением к дочери этого выдающегося человека.

Он тоже поднялся и поклонился. Я стояла, растерянная, дура дурой. Потом не придумала ничего лучше, как тоже поклониться.

- Госпожа, послушайте внимательно.

Артефакт будет помогать вам до тех пор, пока вы храните его и молчите о нём, - веско сказал советник. – Если кто-то, кроме нас троих, увидит его, или спросит о нём, и вы скажете хоть слово – он перестанет укрывать вас в тот же миг.

- Поняла, - кивнула я.

Правда, что ж тут непонятного? Не показывать и молчать.

- Что же, молодые люди, удачи нам всем, - сказал советник на прощание и отбыл.

- А теперь – завтрак и тренировка, вперёд, - подмигнул мне Ланселот.

3.

Ланселот привёл меня в небольшую столовую, где за длинными столами сидели парни и молодые мужчины в такой же одежде, как была на мне.

Увидели нас, оживились.

- Гвардия, слушать меня, - негромко сказал Ланселот, и все разом отложили ложки-вилки и замолкли, хотя до того ели и болтали. – Это Лиза, наша новенькая. Она дочь господина Антония, и кое-что умеет, как сама говорит, и как я полагаю. Она будет служить с нами. Относиться с уважением.

Ответом были вытаращенные глаза и нестройные кивки и возгласы, обозначающие согласие.

Дальше он показал мне место за столом, где стояла тарелка, и лежали приборы, и чашка тоже стояла. По столу были расставлены керамические горшки с кашей с мясом, откуда нужно было накладывать себе, и блюда со свежим хлебом, и сливочное масло, и какой-то ягодный морс, и чай с кофе. И знаете, всё это показалось мне вкуснее, чем самый распрекрасный обед за королевским столом.

Конечно, со мной начали знакомиться.